Тор, стоявший рядом с Лизой, казалось, впитывал каждую деталь открывающегося вида с жадностью путешественника, впервые видящего новые земли. Хотя его рука всё ещё была на перевязи, на бледных щеках уже появился румянец.
– Я был здесь всего один раз, давно, когда был совсем маленьким, – произнёс мальчик с затаённым восхищением. – Отец привозил нас с Селиной на Праздник Летнего Солнцестояния. Мы видели, как Император зажигает Вечный Огонь на вершине Серебряной Иглы. – Он указал на самую высокую башню в центре Верхнего Города. – Помню, как тогда думал, что башня уходит прямо в небо и пробивает его насквозь.
Лиза улыбнулась и взъерошила волосы мальчика:
– Не удивлюсь, если так оно и есть.
Профессор Холт, до этого молча стоявший поодаль, подошёл к ним:
– Город впечатляет, не спорю. Но не забывайте, что он также полон опасностей, особенно для таких, как мы. – Он понизил голос. – В Кардине самая большая концентрация охотников на единицу площади во всём мире.
– Всегда знаете, как поднять настроение, профессор, – вздохнула Лиза, но спорить не стала. После нападения в лесу у Трёх Дубов она слишком хорошо понимала, насколько они уязвимы.
Капитан Бром прокашлялся:
– Если позволите дать совет. – Он обвёл взглядом всех троих. – Как только сойдёте на берег, сразу отправляйтесь в Торговый квартал. Там, на улице Серебряных Кузнецов, есть таверна «Пьяный Селезень». Хозяин, старый Мортимер, – мой давний друг. Скажете, что от Брома, он устроит вас с комнатами и не станет задавать лишних вопросов.
– Спасибо, капитан, – искренне поблагодарил профессор. – Ваша помощь неоценима.
Бром лишь отмахнулся:
– Считайте это моей маленькой местью лорду Эйверу, – он подмигнул Тору. – Без обид, парень.
– Никаких обид, – серьёзно ответил мальчик. – Я понимаю.
Джо, подошедший к ним, сообщил:
– Капитан, патрульная лодка городской стражи приближается. Похоже, обычная проверка перед входом в Центральный канал.
Бром кивнул:
– Всем оставаться спокойными. Помните свои роли: профессор – торговец книгами, юная госпожа – его племянница, а мальчик – ученик. Никаких отклонений от легенды.
Лиза почувствовала, как сжимается желудок от тревоги, но постаралась сохранить невозмутимое выражение лица. Она повторяла про себя заготовленную историю, надеясь, что городская стража не проявит излишнего любопытства.
К счастью, проверка оказалась формальной. Суровый капитан стражи пробежал глазами по списку пассажиров, задал несколько стандартных вопросов о цели прибытия в столицу и, получив от капитана Брома небольшой кожаный мешочек (который Лиза с подозрением идентифицировала как взятку), потерял всякий интерес к барже и её обитателям.
– Добро пожаловать в Кардин, – сказал он без особого энтузиазма. – Не забудьте зарегистрироваться в Гостевой палате до заката, если планируете оставаться в городе дольше трёх дней.
С этими словами он и его люди вернулись в свою лодку и направились к следующему судну.
– Всё прошло гладко, – заметил Джо, когда стража отплыла на достаточное расстояние.
– Слишком гладко, – пробормотал профессор, нервно поправляя очки. – В моём опыте, когда всё идёт слишком хорошо, обязательно жди подвоха.
– Вы просто неисправимый пессимист, профессор, – рассмеялась Лиза, хотя в глубине души разделяла его опасения.
***
Два часа спустя баржа капитана Брома причалила к одному из многочисленных деревянных пирсов Речного порта Кардина. Оказавшись на твёрдой земле после долгого плавания, Лиза почувствовала странную неуверенность в собственных ногах. Мостовая словно покачивалась под ней, сохраняя память о речной качке.
– Это пройдёт, – подбодрил её Джо, заметив её неуверенную походку. – Речные ноги, как мы говорим. День-другой, и будешь ходить, как родилась на суше.
Лиза благодарно улыбнулась речнику:
– Спасибо за всё, Джо. Не знаю, что бы мы без тебя делали.
Кривой Джо смутился и пробормотал что-то невнятное про «обычное дело» и «всегда рад помочь», но было видно, что похвала ему приятна.
Попрощавшись с экипажем баржи и получив ещё раз подробные указания, как добраться до таверны «Пьяный Селезень», Лиза, Тор и профессор Холт отправились в путь по запруженным народом улицам столицы.