От прерывистого, полного душевной усталости и отчаяния голоса по телу Ионы побежали мурашки. Она не взяла на себя смелость помочь конкретным ответом. Собрав волю в кулак, она ответила:
– Тебе нужно отдохнуть и все обдумать. Мне самой тяжело, – она хмуро ухмыльнулась. – Сначала он бросил меня без сознания в горящем доме, а перед этим… сделал то, что… не вызывает у меня тех эмоций, которые испытываешь ты.
Кален уставился на нее с нескрываемым удивлением.
– Прости, но это так, – Иона выставила перед собой руки. – Мне очень жаль, что это произошло, но сожаление и истинная боль по близким зарождаются не от знания родства, а от теплых воспоминаний, которых у меня не было. – Она обхватила себя за плечи и склонилась над коленями. – Прости меня за этот эгоизм.
Хоулмз и не собирался злиться на сестру, чтобы теперь ее прощать. Ее чувства были ему понятны, но неприятны, и ему пришлось признаться себе, что на месте Ионы он и сам, возможно, не испытывал бы ничего. Он принял бы смерть матери как свершившийся факт. Печальное событие, которое случается каждый день с другими людьми и вот случилось с ним.
Ведь к своим отцам он не чувствовал никакой привязанности. Какой станет их первая встреча в качестве семьи? Кален бы опустил голову, болезненно привыкая к роли сына и чувствуя, что его поместили в небольшую, но уютную коробку, в которой он, независимо от собственного желания, должен сидеть, смирившись с судьбой.
– Все в порядке. – Он положил руку Ионе на спину, чтобы приободрить. – Ты ни в чем не виновата. Как ты узнала о том, что мы с тобой родня? И как давно об этом знала?
Но по закону подлости в самые ответственные и важные моменты обстоятельства складываются так, что планы летят в тартарары до следующего удачного раза: зашел Тревис, словно специально прерывая их разговор.
Кален спрятал руки под одеялом и ссутулился, не заметив, как подался назад.
– Я кое-что придумал, – Станли не стал церемониться.
– Я сбросил тебя в реку, – прошептал Кален, будто напоминая себе о собственной подлости, – в тот момент, когда ты попытался меня спасти. А потом ты спас меня по-настоящему. – Он опустил голову, чувствуя непосильный груз стыда. – Черт возьми.
Калену нужно было время, чтобы все обдумать и свыкнуться с произошедшим. После неоднократных разногласий он понимал это лучше всех.
– Мы можем сейчас снова поговорить о том, что происходит между нами, но это добром не кончится, сам знаешь, – Тревис закрыл за собой дверь. – Мне на самом деле не так важно твое отношение ко мне. Для меня важно только выполнить общую задачу. Ненавидишь меня – продолжай. Снова будешь пытаться убить – валяй. Ты имеешь полное право, и все, что я буду делать, – это защищаться, не причиняя тебе вреда.
Тревис наслаждался приятным удивлением и замешательством Калена.
– Такова моя позиция. О своей можешь думать, если хочешь, а если нет – нет. А пока ты, как обычно, не начал спорить или язвить… Я знаю, как вытащить отсюда Иону.
Глава 57
План Тревиса был незатейливым, но непредсказуемым.
Во-первых, как следовало из случаев самосуда среди полумертвых, этот песчаный мирок был ограничен и переполнен, что говорило об одной очевидной вещи: у него есть пределы.
Во-вторых, Последний Путь. Все точно знают, какой у этой реки конец, но никто не знает, какое у нее начало.
– Если река уносит всех в мир мертвых, где они отвечают за совершенное в жизни, – объяснял Тревис, рисуя на песке волнообразную линию и крестик на ее конце, – то это значит, что она берет начало в мире живых. – Он нарисовал круг на противоположном конце.
– Откуда такая уверенность? – поинтересовалась Иона.
– Я был в реке, – Тревис перевел взгляд на обрыв. – Энергия этой воды невероятна. Я слышал чужие голоса и пришел к выводу, что она прямо сейчас уносит души из мира живых.
Кален сглотнул. Он не мог вспомнить ни единого голоса или ощущения присутствия в реке кого-то еще.
– Здесь мы возвращаемся к первому пункту, – Тревис ткнул в круг на конце линии. – Этот мир ограничен, и где-то должен быть вход в него.
– У конца всегда есть начало, – задумчиво пробормотала Иона, поднимаясь с земли. – К слову, почему у вас, парни, нет домов?
Кален давно чувствовал себя глупой обузой не только в этом разговоре, но и во всей миссии, и для придания себе важности опередил Тревиса с ответом:
– Мы умерли искусственно. Временно. Мы вернемся, когда Ариан откопает нас. К тому же мы здесь благодаря одной ведьме…