Родители молча переглянулись. Альмент не спешил занимать свое место, оставаясь у входа. Послышался щелчок закрывающейся двери.
Ариан застыл.
– Как думаешь, где сейчас принц, которого ты погубил? – спросила Праетаритум так, словно ее действительно интересовала посмертная судьба юноши. Возможно, так и было. – Санни. Чудесное имя ты ему дал. Кто же знал, что это так крепко свяжет вас.
– Я жив только благодаря ему, – Ариан сжал подлокотники. – Все здесь живы.
– Но ты же и сам знаешь, что это была всего лишь отсрочка.
Глубоко вздыхая, она встала. Ариан прижался к спинке кресла. На большее он уже не был способен.
– Я жалею о том, что Инпастерия помешала мне тогда, – прошептала королева, приближаясь. С каждым шагом ее взгляд становился печальнее. – Где же она сейчас? Приходится ли ей пожинать плоды своих уговоров?
Ариан болезненно сглотнул. Тело сопротивлялось его воле не только из-за бессилия, но и страха. Мать склонилась перед ним. Легкими движениями нежной руки она смахнула с его лица пряди волнистых волос, скрывавших его мертвые голубые глаза. Ариан дрожал. Знал, чего она хочет, но не был готов принять подготовленный мамой подарок сегодня.
Он запрокинул голову, приказывая себе не плакать. По румяной щеке предательски скатилась слеза. Праетаритум осторожно прижалась к его груди.
– Ты пропадаешь с такой болью и мучениями, – шепнула она. Рука скользнула к его лицу. – Позволь помочь тебе избавиться от этого. Всем станет легче. И тебе тоже.
Ариан вскрикнул в зажавшую его рот ладонь королевы от боли, разорвавшей грудь. Рукоять серебряного ножа смотрела на него, замерев чуть ниже ключиц. Горячей кровью пропитался золотой пиджак.
Он знал, что будет так. Еще до того, как услышал щелчок замка.
Когда Праетаритум убрала испачканную руку с его рта, Ариан уже почти затих. Даже смерть от ножа не убивала его так быстро, как желали родители. Альмент отвернулся.
– Ну же, умирай, – шептала королева дрожа. – Умирай!
Старческие морщины уродовали ее лицо. Она отошла от сына, закрывая рот руками, и негромко всхлипнула, не сводя с него глаз.
Дверь затряслась под шквалом ударов.
– Откройте! – Ларалайн опустила ручку, но вновь не услышала ожидаемого щелчка. – Что вы делаете?! Откройте! Ариан! Боже…
Альмент схватил за плечи безутешную королеву.
– Нам нужно исчезнуть.
Она вцепилась в его одежду.
– Ты говорил, что это будет быстрая смерть! – прорыдала она. – Ты говорил!
Альмент взял Праетаритум на руки и устремился на балкон. Он не успел оглянуться на сына. Или, быть может, не хотел, чтобы не запомнить его таким.
Наконец дверь поддалась. От увиденного Ларалайн вскрикнула. Следом за ней панику подхватили служанки. Она подбежала к едва дышащему Ариану. Слезы мгновенно заполнили ее глаза. Она предчувствовала его конец уже давно, но не могла даже представить, что он будет именно таким.
– Ариан… Ариан, – повторяла она, пытаясь вытянуть из него хоть слово. – Ариан, посмотри на меня. Посмотри, пожалуйста!
Ларалайн вытерла его мокрые щеки. Он поднял на нее умирающий взгляд.
– Попроси! Попроси меня о спасении!
– Я бы попросил о более достойном правителе… Но тебе уже не придется осуществлять это желание. – Он зажмурился, хмуря брови от чувства сожаления. – Я был никудышным королем.
– Ты и сейчас наш король! – Ларалайн хотелось улыбнуться, но на лице поселилась гримаса боли.
Ариан ухмыльнулся.
– Ты не умеешь врать. Из всех нас… всех шестерых… я был лучшим лгуном.
Он закрыл глаза. Ларалайн сжала его руки. Только тогда, убедившись, что он больше не видит и не слышит ее, она опустила голову ему на колени и громко заплакала.
Глава 64
Палата больше походила на номер в отеле с собственным холодильником, телевизором, ванной комнатой и прочими предметами роскоши. Иначе говоря, она была платной.
«Думаю, в бесплатную с ванной в таком виде меня бы не пустили», – заключил Кален, благодаря Ангелу за щедрость.
Он отмылся от грязи, отправил в мусорное ведро испорченную, недавно подаренную Ринальдикой одежду и еще долгое время стоял под душем. Он соскучился по воде. Привычное легко может стать богатством, если его потерять.
Кален надел больничную одежду и с глубоким вздохом облегчения выбрался из душа. Теперь не помешало бы немного перекусить и поспать. Как мало ему нужно было в тот момент для счастья, но поджимавшее время не терпело отлагательств.
В палате его ждала только Иона. Сразу после приведения себя в порядок Тревис вышел.
– Как ты?
– Давненько не чувствовал себя таким живым. – Кален вытирал голову грубым махровым полотенцем.