Тревис был раздавлен спасительной ложью. Он не мог выдавить ни единого слова «за» или «против». Поведение Ионы говорило о том, что происходящее не доставляет ей никакого удовольствия. С мокрыми от слез щеками она, вернувшись на свое место, больше не смотрела в его сторону вплоть до момента, когда ему дали последнее слово:
– Мне нечего сказать.
Это была единственная правда, которую он мог позволить всем услышать.
Тревис и не заметил, когда прозвучал долгожданный приговор. Шесть лет в исправительном центре за два преступления с неопровержимыми доказательствами и оправдательный приговор за то, чего он себе никогда не простит.
И все же родители были недовольны.
– Шесть лет за нападение на полицейских и ношение оружия, которое он даже не использовал?! – возмущалась миссис Станли, стоя перед адвокатом. – А сколько бы он получил, если бы этот наглый прокурор посадил его и за убийство, которое наш сын не совершал?
Миссис Уокер поспешно собирала документы в свой кожаный портфель.
– В общем? Столько же, сколько ему сейчас лет. Я сделала все, что было в моих силах. Вы можете обжаловать приговор и попробовать добиться для Тревиса разрешения посещать дом в выходные раз в месяц. Я помогу вам с этим. В конце концов, благодаря тому, что он несовершеннолетний, суд приговорил его не к тюрьме, а к исправительному учреждению. Там гораздо легче, и ваш сын выйдет к двадцати одному году, когда начинается тюремное заключение, которого он избежит.
Миссис Станли отступила, признавая, что могло быть и хуже. Но даже год, потерянный в заключении, был для ее сына жестоким приговором.
– Господи… – она поднесла кулак к губам, – что же ты наделал, Тревис?
Кален ждал у выхода из здания суда. Присяжные переступали порог гуськом. Иона замыкала колонну. Пустым взглядом она прошлась по небольшому дворику и медленно, собираясь с мыслями, объявила:
– Ему дали шесть лет в исправительном центре.
Кален сглотнул.
– Что такое?
– Это много, да?
– Это не так много, как он мог бы получить, если бы не ты, – Иона скрестила руки на груди.
План Калена не нравился ей с самого начала, но лишь по той причине, что он полностью состоял из вранья.
– Где Рейден?
– Он еще там. Сказал, что ему нужно поговорить с прокурором. Этот мужчина без весомых доказательств пытался посадить Тревиса и за… третье преступление. А под конец объявил, что я сама могу быть причастна к этой трагедии.
– Прости, что подставил тебя.
– Ничего. Огонь уничтожил все доказательства, – Иона поежилась от холода и сложила руки на груди. – Думаю, вам с Тревисом нужно поговорить.
– Когда все уляжется. А пока нам пора в межвремье. Иначе опоздаем.
Глава 67
– И о чем вы хотели поговорить?
Харрис закрыл дверь в кабинет и прошел к столу, указывая на небольшое кресло из искусственной кожи рядом со стеллажом, забитым толстыми папками. Рейдену хватило пары секунд, чтобы оценить достаток прокурора. С полок на него смотрела уродливая горгулья, часы обнаружились над рабочим местом, дверью и даже на столе, в центре левой от входа стены висели многочисленные грамоты в блестящих рамках, а в центре – фотография Харриса с каким-то почтенным пожилым мужчиной в костюме.