— Уотан, — не дожидаясь продолжения, перебил Лени он.
— Простите, — медные шёлковые кудряшки упали на глаза девушки, отчего та задёргала головой, пытаясь убрать их. Руки были заняты саблями, которые уже спустя мгновенье полетели в воду.
Кёниг приподнял подбородок, рассматривая содержание сумки. Там лежали еще несколько ножей, сабель, деревянных палок и остального по мелочи: осколки, спички, да какие-то тюбики. В голову ненароком залезли слова Алоиса, которые он сказал при первой встрече:
— Не советую связываться с этими циркачами.
Кёниг обратил внимание на руки собеседницы: они были увешаны разными браслетами — от тоненьких ниточек до массивных камней. Однако, вопреки внутреннему голосу мужчины, что твердил о прямой связи Лени с его делом, костяного видно не было, поэтому он заметно расслабился.
— Позвольте спросить, из-за чего вы решили всё выкинуть? Я представления, честно, не видел, но уверен, что вы хороши в своём деле.
— Ну, — Уотану показалось, или девушка действительно смутилась? — Предложили более перспективную работу, и я не смогла отказаться… К тому же, я давно перегорела делом, — она швырнула последний факел и застегнула сумку, поднимая её и надевая на плечо, — Всё-таки с самого приезда в город занимаюсь этим.
— Извините, а давно вы здесь? В Берлине.
Кёниг с интересом разглядывал Лени. Она выглядела куда моложе, чем в прошлый раз. Должно быть, тогда просто устала. Уотану даже на миг стало стыдно, что он дал ей тридцать лет: непослушные кудрявые волосы, торчащие в разные стороны, вытянутое лицо, прямые брови, которые иногда «вскакивали» в зависимости от эмоции девушки, длинные ресницы, миндалевидные каре-зеленые глаза, аккуратный, прямой нос, на кончике которого едва заметная родинка, широкий рот, пухлые обветренные губы, тонкая шея. Казалось, она светилась изнутри — двадцать пять, не больше. Несмотря на свою причудливость, Кёниг должен признать, девушка была весьма красива.
Лени даже не смотрела на него, выглядывая что-то вдали. Она выглядела пустой, внутренне обедневшей, лишившейся чего-то невероятно важного. Немного помолчав произнесла:
— Около года, думаю, — неопределённо пожала плечами и чуть отошла от перил, — Всего вам хорошего, Уотан.
***
Кёниг замер. Стоп. Как это около года?
— Сколько этой новости лет? — спросил он, разглаживая смятую фотографию и просверливая взглядом на ней знакомую девушку около разгромленного здания. — Около семи-десяти, — пожал плечами Алоис, плюхаясь на своё место.
А кто тогда был на фотографии? Девушка его обманула? Что-то попыталась скрыть?
Эти мысли охватили мужчину, когда он уже заходил во двор. Уотан оглянулся, словно пытаясь выцепить взглядом Лени. Впрочем, что ей тут делать? Должно быть, Кёниг не успел переключиться с загадочной девушки на остальной мир.
Лени слишком быстро ушла, словно пыталась сбежать то ли от этого разговора, то ли от Кёнига. Ну ничего, Уотан всё равно не упустит следующей возможности поспрашивать девушку о таких несостыковках и дырах в её рассказе.
***
На лестнице стоял запах мужского одеколона, каким ни Вайдеман, ни тем более сам Кёниг не пользовались. Из подвала доносился громкий разговор Алоиса с кем-то ещё. Обладатель басистого раздражённого голоса то и дело перебивал детектива, то вставляя пару словечек, то вовсе перескакивая на другую тему.
Уотан, напрягшись, вцепился одной рукой в кобуру и тихо, стараясь не шуметь и выбирать самые уцелевшие дощечки паркета, подошёл к двери. Но последняя половица, как назло, под тяжестью его тела, не то чтобы немного скрипнула — проломилась! Кёниг взвизгнул, доставая ногу из дыры, и, решив, что теперь его точно услышали, плюнул на осторожность и открыл дверь.
На стуле, где обычно сидел сам Уотан, а потому за это время привык называть его своим, сидел невысокий тёмненький мужчина неславянской внешности с густой, недлинной бородой. Одет он был солидно и дорого — этого производителя одежды Кёниг мог узнать из тысячи, потому как сам уже не первый год у него закупался.
Можно было сказать, что мужчина из «его» кругов, но Уотан видел его впервые.
Рядом сидел Алоис, взгляд которого метался от неизвестного к Кёнигу. Он будто ожидал реакции хотя бы с одной стороны. Уотан, заметив это, выжидающе посмотрел на детектива в ответ с немым вопросом: «Какого чёрта здесь происходит?».
Незнакомец же прожигал Кёнига оценивающим взглядом, от которого сначала хотелось провалиться сквозь землю. Сейчас же руки так и чесались выхватить пистолет из кобуры, а пальцы — спустить курок, чтобы избавиться от новой проблемы. Насчёт того, что этот человек — «новая проблема», Кёниг был уверен. Интуиция подсказывала — она очень редко его подводила.