Хорошо прослеживается преемственное развитие вкладышевой техники. Низкие асимметричные треугольники — древнейшая форма. Постепенно она замещается сегментами и трапециями. Трапеции и прямоугольники широко распространены и в неолитических слоях. Материальная культура мезолитических и неолитических слоев Чоха развивается преемственно, без какого-либо заметного перерыва. Особенно хорошо это видно на примере вкладышевой техники.
Коллекция из Чоха, безусловно, имеет ряд своеобразных черт, выделяющих ее из других мезолитических памятников Кавказа. Неповторимы острия чохского типа и выполненные в той же технике асимметричные трапеции (табл. 68). Это позволяет выделить в Чохе следы самобытной мезолитической культуры, к сожалению пока слабо изученной (Бадер Н.О., 1965а, б, с. 15).
В районе Чохской стоянки найдено много наскальных рисунков разных эпох (Котович, 1976). В гроте Чинна-Хитта и на скале Чувал-Хвараб-Нохо выделяется группа древних изображений, которые могут быть одновременны с культурными напластованиями Чоха. Это сделанные охрой реалистические силуэтные и контурные рисунки животных, среди которых наиболее характерен безоаровый козел. Интересно, что видовой состав животных, изображенных на рисунках и представленных остеологическими остатками в Чохе, совпадает (Котович, 1976, с. 91). Все рисунки отличаются небольшими размерами, что наряду с их стилистическим своеобразием может быть одной из характерных черт древнего искусства этого района. В.М. Котович считает, что рисунки и поселение Чох одновременны. А.А. Формозов датирует их временем не старше бронзового века (Формозов, 1978). Вопрос о точной датировке рисунков остается открытым.
Мезолитические культуры Кавказа складывались в различных физико-географических условиях. Умеренно теплый климат, леса и реки, богатый и разнообразный животный мир, обилие кремня для орудий всегда привлекали человека в Причерноморье. Более суров климат Триалетского хребта. Здесь, на почти безлесных склонах гор, паслись стада кулана, дикой лошади, бизона, а для орудий использовался местный обсидиан. Культуры Северного Кавказа не только существовали в более суровых природных условиях, но и были отделены от закавказских труднопроходимым горным хребтом. Различный состав охотничьей фауны, а значит, и приемы охоты обусловили своеобразие охотничьего оружия. И все же мелкие особенности культуры, прежде всего форма повсеместно распространенных вкладышей составных орудий, прямо не связаны с производством, но представляют этнографические особенности оставившего ее населения, а значит, опосредованно отражают его историю.
Сейчас на Кавказе можно выделить причерноморскую, имеретинскую, триалетскую, чохскую культуры. Их исторические судьбы различны. Причерноморская и имеретинская культуры сложились на одной основе и развились в условиях постоянных контактов. Более самобытна культура Триалетского нагорья. Традиционные связи населения Северного Кавказа и Причерноморья осуществлялись вдоль морского побережья, а с наступлением голоцена стали возможны и через перевалы. На это указывают мезолитические стоянки высоко в горах и находки северо-кавказского обсидиана на закавказских памятниках. Очень своеобразна чохская культура на Северо-Восточном Кавказе.
По-видимому, на Северо-Западном Кавказе в мезолите продолжала развиваться губская культура, известная нам пока только по материалам навеса Сатанай (Губский навес VII). Мезолитические памятники этого района остаются практически не исследованными. Некоторые памятники Кавказа не укладываются в рамки выделенных культур. Это позднемезолитические горные поселения типа Джермух и Гудалети, раннемезолитические стойбища Явора и Черный Грот на северных склонах Кавказа, поселения Сосруко.
Мезолитические культуры Кавказа определенно отличаются от более северных культур, однако и сами они неоднородны. По направлению преимущественных культурных связей они делятся сейчас на три крупные культурные области: Закавказье, Северо-Восточный и Северо-Западный Кавказ.
Мезолит Иранских гор, прилегающих к Кавказу с юга, почти не исследован. Скорее всего, этот регион также был занят несколькими близкими локальными культурами. Некоторые аналогии раннемезолитических памятников Имеретин — Причерноморья, имеющиеся в Зарзи и в горах Загроса, могут отражать определенные культурные связи Закавказья с югом (Бадер, Н.О., 1964; 1966а, б; 1975, с. 49). В Южном Прикаспии с ближневосточными граничат памятники Гари-Камарбанд, Джебел, Дам-Дам-Чешме Прикаспия (Окладников, 1956а; Марков, 1966а, б, с. 102–125; Бадер Н.О., 1964, с. 16; 1965б, с. 78).