Перемены в ней оказались неожиданными для Аджита. Куда делась мать, жизнь которой заключена в сыне и муже? Сестра была немного забавной: маленькая, хрупкая, совсем еще юная - но такая серьезная. Чародею подумалось, что высокородный зять нашел в Илайе не только хозяйку, но и союзника.
Перехватив его взгляд, сестра состроила гримасу.
- Вот что, - заговорила она. - Подробности рассказывать долго. Пока что встречи буду устраивать я. Я всегда могу отправиться в поездку и заранее сообщить тебе. Я хозяйка в своем доме, мне ни с кем не нужно объясняться. Наверное, так следовало поступить с самого начала.
- И как ты будешь передавать вести? Принесешь письмо к дверям обители?
- Оставь это мне, - отрезала Илайя. - Заведу знакомство с магами. Раид оценит, ему всегда хотелось получше узнать врага.
- Ты уверена?
- Более чем. Не впервой.
- Бесовски повезло ему, что нашел не томную даму, а тебя!
- Его родители не были так уверены. Два года не решались познакомиться с дочерью купца, - сестра усмехнулась. - Ладно, все в прошлом... Они сидят бок о бок с Солнечным Владыкой и морщатся, глядя на меня с небес. Тебе, наверное, пора?
- Сперва нужно поговорить с Сахиром, - напомнил чародей.
- Я никогда этого не понимала! Зачем Саху тебя видеть, если он все равно ничего не вспомнит?
Аджит вздохнул.
- Я ведь объяснял. Наше сознание... состоит как бы из слоев. Он все помнит, просто... не на поверхности. Да, это лучшее сравнение, что мне приходит на ум.
- Делай, что считаешь нужным, - отмахнулась сестра.
Первым на голос чародея откликнулся, конечно, Бес. Племянник вконец измучил пса, так что тот тяжело дышал, но выглядел довольным. Следом появился и сам мальчик. Аджит присел на корточки, из-под неровной челки на него взглянули упрямые глаза зятя.
Чародей вдруг ясно, отчетливо понял, что ненавидит Царя Царей.
- Ну как, замотал пса?
- Угу, - невесело протянул ребенок. - Я испачкался. Галия́ говорит, что нажалуется отцу.
- Старшая нянька, - пояснила сестра. - Добрая старушка. И очень чопорная.
- Молодой господин не должен бояться нянек, - маг потрепал племянника по голове. -Ты на них полагаешься, а они тебя одевают и обстирывают. Но ты зависишь от челяди. Учись ухаживать за собой сам и станешь настоящим господином себе и слугам.
- Папа тоже говорит, что я должен все уметь. А то стану как колдуны. Они без чар свечу зажечь не могут, представляешь?
- Твой папа хороший человек. Хотя порой ошибается. Ну... давай. Сейчас мы сделаем тебя еще взрослее!
Привыкший к процедуре, Сахир послушно сел на пол спиной к магу, откинул голову тому на грудь.
- А я... я потом опять ничего не вспомню?
Дядя и мать обменялись взглядами: еще в прошлый раз мальчик не осознавал, что забывает об этих встречах и вспоминает их, лишь вновь увидев Аджита.
- Так надо, - маг погладил жесткие волосы. - Это ведь ненадолго. Сам видишь, со временем ты все помнишь. Ну? Закрывай глаза!
Он положил ладони на голову Сахира. Пара ударов сердца - и мальчик обмяк в его объятиях. Осторожно приподняв ребенка - «Тяжелый же стал! Быстро растет!» - чародей усадил племянника в кресло.
- Да, Раид воспитывает сына в том духе... что колдуны противны богам и...
- Ничего, - улыбнувшись, чародей положил сестре руку на плечо. - Я другого и не ждал.
- Я делаю, что могу. Но не хочу, чтобы ребенок видел, как мы ссоримся.
- Ничего, - повторил Аджит. - Твой муж хороший человек. Просто... он ошибается.
Илайя хотела сказать что-то еще, но передумала. Жена придворного, бывшая здесь несколько минут назад, вновь исчезла. Осталась лишь невысокая девушка, годы назад прощавшаяся у погребального костра с живым братом.
- Я... пойду?
Она кивнула. Отвернулась. Ее всегда немного мутило, когда Аджит вдруг становился невидимым.
Прежде чем окунуться в лабиринт улиц Старого города, чародей вдохнул запахи ставшего родным особняка. Чужой дом пах специями и заморскими цветами.
Чародей застал воцарение Аза́са Черного уже учеником. В те годы он еще не видел большого мира, и все, что знал о нем - были страшные истории о резне магов, которая вспыхивала то здесь, то там. Каждый вечер приносил новые дурные вести. И новые страхи.
Боялись все. Истории пересказывались вечерами, в полутемных гостиных, и казалось, что мир за стенами обители сошел с ума. Помнится, Аджит считал дни и гадал, сколько времени пройдет, прежде чем война ворвется сюда, разрушив главный и самый крепкий бастион Круга.
- Ерунда! - отрезал Газван, услышав опасения ученика. Тогда он не был Верховным, и говорил еще резче, чем сейчас.
- Разве простые смертные не ненавидят магов? - пылко переспросил Аджит. - Да все об этом говорят! Мы отличаемся от них, у нас... есть сила. Люди ненавидят всех, кто от них отличается...