Я взяла двумя пальцами его руку и также аккуратно сняла со своих плеч:
— Радимир Андреевич, будьте добры, ведите себя прилично.
Мужчина опять легонько рассмеялся, даже Нифонт улыбнулся.
— Очень давно меня никто настолько не смешил, — владелец замка смотрел хитро, будто специально шутил надо мной.
Я рассказала ему правду, только то, что касалось вчерашнего случая, пока мы ехали к замку. Скрывать от такого человека что-то просто бессмысленно и бесполезно, а так можно договориться. Он уточнил, не говорила ли я это ещё кому-то. Я ответила уклончиво, но намекнула, что нет.
— Лидия и правда вчера прокралась в мой кабинет, — произнёс серьёзно Радимир Андреевич. — Со светом были перебои, и она споткнулась в темноте, упала, ударилась носом, перепугалась и у неё пошла из носа кровь. Я помогал ей, как и вам. Именно поэтому на моих руках остались пятна крови, а совсем не потому, что вы подумали.
— Я ничего не подумала, меня совершенно не интересуют чужие дела, — ответила я.
«Почему он передо мной оправдывается? Внушает нужную для него версию?» Я сразу вспомнила анекдот про то, как мужчина сам поскользнулся и упал на нож двадцать пять раз.
— Да. У меня есть некие тайны, — продолжал Радимир Андреевич, — но они безопасны для окружающих, а знать вам их не следует. Верю, что мы поняли друг друга?
— Да, — я кивнула, мысленно усомнившись, так ли они безопасны.
— Тогда прекратите ваше расследование. И ещё. Я могу надеяться, что всё это останется между нами?
— Конечно, — процедила в ответ. — Я всё поняла и в ваши дела лезть не стану. Я уже даже и не помню, о чём речь и вообще, кто вы и куда меня везёте, в первый раз вас вижу.
— Достаточно. Замечательно, люблю умных и понимающих людей, — ответил Радимир Андреевич.
— Я могу идти? — спросила, когда машина остановилась у Алконоста.
— Конечно, — кивнул мужчина. — Успехов вам сегодня, Умила.
Я не стала дожидаться, пока Нифонт откроет мне дверь и вышла ничего не произнеся в ответ.
***
Радимир погладил двумя пальцами нижнюю губу, задумчиво смотря вслед Умиле, судорожно тяжело вздохнул и потёр лоб:
— Ну почему так?! Когда я ещё не добился того, что мне нужно!
— Она вам симпатична? — спросил сочувственно Нифонт.
— Угу, — кивнул с тоскливым лицом владелец замка. — Она меня заинтересовала, а теперь волнует, заставляет беспокоиться. Нам очень легко общаться… без всяких условностей.
— Раньше у вас такого не было, — задумчиво произнёс Нифонт.
— Вот именно. Как ни странно, но даже с Лизой… такой лёгкости и такого притяжения не испытывал. Это меня и удручает…
***
Я не стала передавать Ланте весь диалог. Оглянувшись, лишь сказала, что, по его словам, он не причинял вред Лидии, но предельно вежливо попросил меня не лезть в его дела и держать свой язык, как можно старательнее, за зубами.
— Ну и всё, — прошипела подруга, — забили на эту тему. Успокойся уже.
Я решительно кивнула в ответ.
***
На большом перерыве, когда мы с Иолантой направлялись в столовую, там как раз была скидка по студенческим билетам, я услышала тихое пение. С каждым мгновением оно становилось громче, будто пронизывало весь замок насквозь, как паутина. Будто врезалось в плоть этими острыми, словно лезвия, нитями звука. Пение было жалостливым, тягучим обволакивающим, с завывающими нотками горького плача.
Становилось тошно, начала кружиться голова, стал пробирать озноб. Мне казалось, что вокруг меня веял какой-то ледяной ветер.
«Наверно, кондиционер сильно включили, — подумала и огляделась. Похоже, так плохо было только мне, все остальные просто испуганно и недоумевающе смотрели друг на друга и по сторонам. Мы с подругой присели за крайний столик у дверей, мне нужно было прийти в себя, не хватало воздуха. — Да кого я обманываю?! Откуда кондиционеры в старинном не особо отремонтированном замке, тем более поющие?»
Пение прекратилось едким, жутким, перебирающим внутренние струны страха, смехом, а затем визжащим сумасшедшим криком, затронувшим сердце. Будто какое-то чудовище ликовало.
«Наверное, не зря этот замок назван в честь поющего славянского мифического существа полуптицы-полуженщины, чьё изображение можно встретить очень часто в предметах культуры и быта всех славянских народов», — подумала я. —