***
Сегодня каждому дали задание нарисовать на стенах Алконоста небольшие картины. Просто сделать вымышленную художественную реконструкцию под старинные самобытные образы. Для этого разделили студентов по одному, два или три человека. В списках оказались ошибки, поэтому мы ждали, пока появятся новые. Выдали эскиз, после они должны были указать каждому практиканту место, куда этот эскиз перенести на стену.
По словам организаторов, эти участки стен уже были подготовлены, обезжирены, выровнены штукатуркой и загрунтованы. Все процессы подготовки стены необходимо самим рассказать преподавателю по завершению работы. Все материалы и инструменты находились на местах. Кроме того, как оказалось, на выбор для каждого студента приготовили несколько видов красок: акриловые, алкидные, масляные, гуашь, темпера и акварель. Студенты, сдающие этот зачёт, должны самостоятельно выбрать ту краску, которая лучше всего подходит, и объяснить свой выбор.
Сокурсники разбрелись по всему замку. Мне тоже выдали сопровождающую женщину. Оказалось, что я буду делать работу одна, так же, как и Ланта, а раньше планировалось что мы рисуем вдвоём.
Глава 9
С сотрудницей Алконоста поднялись на четвёртый этаж по винтовой, плохо освещённой каменной лестнице, вокруг столба из камней. Стены здесь сохранили свой первоначальный вид и каменную кладку.
Я была немного расстроена складывавшимися в жизни обстоятельствами, что не очень хорошо могло сказаться на моей работе.
«Сначала бывший меня обижает и посылает, а Радимир Андреевич флиртует и клеится. Теперь всё зеркально наоборот: бывший снова клеится, а Радимир Андреевич посылает. А как вести себя мне? … Послать обоих!»
Поэтому, к концу пути, я уже взяла себя в руки и даже выбрала краску, которой буду наносить рисунок на стену. Это, скорее всего, будет масляная краска. Во-первых, где ещё я смогу лишний раз ею попрактиковаться? Она очень дорогая, а тут расходы за счёт замка. Во-вторых, масляная краска лучше всего подойдёт для нанесения рисунка на стены. Да, ей рисовать очень сложно, но я уверена в своих силах. Наверное, поэтому меня и поставили практиковаться в одиночку.
Женщина шла впереди, гордо выпрямив спину и перебирая в руках связку ключей.
— Эта часть здания ещё не открыта для гостей… И где-то ещё не до конца реконструирована, — нарушила тишину пожилая женщина, отпирая большим ключом старинную железную дверь.
Мы прошли в небольшой узкий коридор, где было ещё четыре большие, тяжёлые, но уже деревянные красивые резные двери и застеклённое арочное окно. После остановились у дальней.
— Странно, что для рисунка выбрали эту комнату, — произнесла женщина и задумчиво посмотрела на меня.
— А что не так? — спросила в ответ.
— Да-а… эту комнату вроде пока не собирались использовать… И это крыло, в принципе тоже, хоть и вид из окон красивый, из-за этой же комнаты, — женщина открыла здоровенным ключом дверь.
Мы вошли внутрь.
— Тут частенько случаются какие-то паранормальные явления, — продолжила сотрудница Алконоста. — Сколько я здесь работаю. А работаю я здесь очень давно, с самой юности. Когда ещё был другой владелец замка… старый владелец. Я живу в посёлке под горой.
Мне стало жутко, холодок страха протянул свои костлявые щупальца к моей душе и сердцу. Спина покрылась мурашками. Я осмотрелась. Комната была просторная, с четырьмя небольшими арочными застекленными окнами и внушительным камином, широкая деревянная кровать с балдахином из красной парчи. Убранство было вычурное и богатое, но для старинных времён. Даже в углу стояла специальная деревянная лохань для купания. В помещении пахло стариной и пылью. Вроде на вид было уютно, но как-то не по себе, страшновато и света мало.
Было в этой комнате и то, что привлекало внимание, а также озадачивало больше всего.
Мой удивлённый взгляд упал сначала на полузасохшие на кровати красные розы. Они, начавшие темнеть, как замертвевшее напоминание о чём-то, лежали, произвольно разбросанные по всему ярко-голубому постельному белью. После я перевела взгляд на платье, что стояло в другом углу у стены, на специальной деревянной старинной вешалке-манекене. Оно, казалось, было реконструкцией свадебного платья, ближе к периоду раннего средневековья, а не настоящим, так как было ярким и свежим.
«Сшитое из бархата и шёлка, ярко-красное, на слишком стройную девушку, я бы в него не влезла, точнее моя грудь и нижние девяносто… хотя, кого я обманываю, какие девяносто».