Девушка, стесняясь, заёрзала. Краем глаза я увидел, что агент собирается попытаться разрядить обстановку, и сделал это вместо него:
— Но, давайте сделаем вид, что мы никогда не врём, нас всё устраивает, а мне так вообще, вы правы – грешно жаловаться, – я нарочито неоднозначно глянул на сидящую рядом Алину, а точнее в её декольте с богатством, сотворённым пластическим хирургом, повёл бровью, — так что – улыбаемся и продолжаем?
И так далее и тому подобное.
А потом подписи книг. И бесконечная, кажется, очередь – селфи, пожелания… подписанные не моим именем.
И, хотя внутри теплилась надежда, что она меня услышала, что у меня получится её найти, но книгу подписать подошла только вот та девочка Евгения. И я так и не смог проследить, куда она делась после того, как получила заветный росчерк на книге, потому что меня уже тянули на себя другие люди. Успел только в книгу визитку пихнуть… на деле надеялся, но сам не знал на что…
— Ты с ума сошёл? – возмущался Ренат, когда добрались до его номера в этом отеле, что в комплекс входил.
А мне хотелось пойти туда, на площадки форума, изучить всю эту толпу и, если я концентрировался на этой самой Евгении, дав ей свою визитку, то веры, что звёздочку свою не упустил, у меня не было.
— А тут есть, где выпить? – спросил, игнорируя возмущение своего бессменного вампира-агента по поводу моих выходок перед прессой.
— Слав, ты совсем? – взорвался Ренат и с присущей его характеру вздорностью, которую всегда старательно сдерживал, полез на рожон.
Только вот я уже давно знал, что дальше шипения и тыканий пальцем в воздух, дело не пойдёт. Нет, как-то попытался – по-началу нашей совместной работы Ренат ткнул пальцем в грудь своему, тогда ещё начинающему, но уже приносящему невероятную прибыль агентству и издательству, писателю… Палец моментально был почти сломан, потому что я, выросший в опасных районах окраин не самого прекрасного подмосковного городка, хоть и был начитанным, разносторонним, смышлённым малым, но всё же был научен горьким опытом отвечать на такие вот жесты,и достаточно серьёзным образом.
С тех пор Ренат палец свой держал при себе, но когда не получалось, предпочитал всё-таки находится от меня на приличном расстоянии.
Я внутренне довольно ухмыльнулся.
— Ты хоть представляешь чего мне стоит за тобой подчищать? – разошёлся Ренат.
Хотелось заржать в голосину, потому что вот уж кто, подчищая, отчего-то ещё больше и красочнее грязь развозил по итогу.
— А чего ты за мной подчищаешь? – повёл бровью. — Они вот распёрлись все, нет?
— Нет, Слав…
— Так есть, где выпить? – лучше нажрусь, потому что ещё немного и…
— Я движ хочу, – захныкала Алина. — И ты же меня обидел?
Глянула на меня, надув губы. Не бил женщин никогда, и мысли такой не возникало, реально, но этой хотелось ввалить хотя бы под зад отчаянно и со смаком. Умничка только-только дошла умом курочки, что что-то там на конференции относительно неё случилось не очень справедливое? Какая прелесть.
— А с тобой вообще отдельный разговор, – тем не менее оборвал её Ренат и, конечно, не мог быть рад её состоянию.
Я-то давно уже вообще со скрипом переваривал её зависимость. Но агент мой считал, что она просто то, что мне сейчас нужно. Точнее Владиславу. Мне, Косте, нах не нужно. Определённо.
— Да ты начинай, Ренат, начинай прямо сейчас, – отмахнулся я и отправился на выход.
— Владислав?
— Это не моё имя, – отозвался, открывая дверь. — Вернусь, если найду дорогу назад.
— Слава…
Но Рената я уже не слышал, в коридоре было пусто. Однако дойдя до основного места проведения форума окунулся в гул и толпу. Народ как раз к вечеру повалил, шла ещё чья-то презентация.
Нашёл охранника и спросил, где тут можно выпить не только чай и кофе с водичкой.
И сразу пошёл по серьёзному – водка. Пара по пятьдесят и жизнь не кажется уже такой дерьмовой. Хотя, действительно, понимал, что кривил душой, потому что не таким, как мне, страдать и руки заламывать. Когда-то принял решение, что деньги важнее самовыражения и прочей херни, а теперь вот получай, хавай, так сказать. Слава, богатство, признание и пустота внутри глубиной с Марианскую впадину.
Но кому какое дело?
Все они и понять-то не могут, чего такой, как я, сопли развозил. Собственно я тоже когда-то не понимал. Видел в том же самовыпиле Кобейна протест, а никак не боль или вот эту самую пустоту.