Появился танк комбрига, за ним — тягач. Соскочив с брони, полковник быстро подошел к танкистам, прервал доклад лейтенанта:
— Спасибо, гвардейцы, видел вашу работу. Сейчас эвакуируйтесь вместе с танком, отдыхайте. Утром получите новую машину, отремонтированную. — Кивнул на разбитую пушку: — Больно кусаются «кобры»?
— Больно, — признался Павлов. — А все же мы вышибли зубы этим гадючкам.
— Еще не всем. Похоже, там, на высоте, главное змеиное гнездо. — Полковник указал в сторону гребня, где закреплялись наши автоматчики. За гребнем и неширокой долиной в наступающих сумерках мрачно горбатилась высота, превращенная в мощный опорный пункт вражеской обороны.
— Товарищ полковник! Разрешите нам помочь ремонтникам. К утру наш танк будет в строю.
Комбриг пристально поглядел в израненное лицо лейтенанта и сказал:
— Спасибо, гвардеец. Но сначала перевяжись и отдохни. — Он знал глубокую привязанность танкистов к своей машине, на которой уже побывали в бою, их затаенную веру в нее. К тому же сейчас дорог каждый танк, КВ в батальонах наперечет.
Вражеские пушки с изображением змеи на стволах и щитах тревожили комбрига. Полчаса назад он допрашивал пленных вражеских пехотинцев, и ему стали понятны причины тяжелых потерь бригады. Пленные сообщили: на этом участке обороняется особая противотанковая часть. Ей гитлеровское командование доверило новые пушки с повышенной начальной скоростью снаряда. К тому же снаряды «кобр» обладали кумулятивным действием, способны были пробивать броню любого танка. Часть укомплектована тщательно проверенными, хорошо обученными, испытанными в боях солдатами и офицерами. Пленные утверждали, будто с каждого артиллериста взята подписка о том, что он не отступит с позиции, не сдастся в плен и не допустит захвата противником его оружия. Того, кто нарушит обязательство, заранее приговаривали к смертной казни. Расстрелу подлежала и его семья.
Вовченко уже не сомневался, что бригада столкнулась с новым оружием врага, во всяком случае новым для нее. Полковник немедленно доложил об этом командиру корпуса П. А. Ротмистрову. Знал комбриг и о том, что после разгрома под Москвой гитлеровское командование, стремясь повысить стойкость своих солдат в бою, применяет самые варварские методы устрашения. Поведение расчетов «кобр» подтверждали показания пленных. Значит, имелись основания верить, что на высоте, которую завтра предстояло атаковать бригаде, сосредоточены главные противотанковые силы фашистов, состоящие в основном из новых орудий.
Как уберечь батальоны от тяжелых потерь? Очевидно, мощному вражескому оружию следует противопоставить не только смелый натиск, но и свою тактику. Об этом напомнил и генерал Павел Алексеевич Ротмистров: «Воюйте с умом, не лезьте наобум — берегите людей и технику. Корпус поддержит вас всеми средствами. Эта высота — ключ к обороне на здешнем участке, и завтра к полудню она должна быть в наших руках!»
В сумерках комбриг собрал комбатов, их заместителей, командиров рот, коротко объяснил ситуацию, спросил совета. Молодые командиры с усталыми, суровыми лицами заговорили не сразу. Про себя оценивали нынешний бой, вспоминали прошлые, когда вот так же случалось сталкиваться с сюрпризами врага.
Наконец комиссар батальона Ларченко произнес:
— Ночная атака с вынесенными фарами…
Еще с полминуты было тихо, потом раздались оживленные голоса. Боевые офицеры-танкисты сразу уловили мысль товарища и по достоинству оценили ее. Детали обдумывали недолго.
После тяжелого дневного боя фашисты вряд ли предполагали, что русские способны продолжать атаки ночью, и все-таки держались настороже. Осветительные ракеты то и дело разрывали тяжелый мрак, с высоты остерегающе постреливали крупнокалиберные пулеметы, их трассы, словно смертоносные щупальца, обшаривали «ничейную» полосу и наш передний край. Темно и тихо было в расположении передовых батальонов танковой бригады, а между тем под покровом ночи здесь совершалась та напряженная работа, которая предшествует атаке. Экипажи наполняли машины боеприпасами и горючим, вместе с ремонтниками устраняли повреждения и тщательно проверяли механизмы. Укрытые от вражеских глаз брезентом, там и тут вспыхивали голубые огоньки газосварки. Готовились к атаке автоматчики, пулеметчики, артиллеристы. Саперы после полуночи доложили, что в минных полях перед высотой проделаны проходы…