Матросы не умели пользоваться «кислородниками» и тогда я стал учить их «по радио».
— Товарищи, — говорил я в микрофон. — Эти аппараты весьма надежны и просты в обращении. Они спасут вам жизнь. Надо только соблюсти порядок включения… — И дальше — все девять пунктов согласно инструкции… В кромешной тьме, на ощупь они освоили эти аппараты. Вскоре доложили о готовности к выходу. Я сказал им: — С богом!
Так аппаратура связи спасла шесть жизней и на практике доказала свою пригодность, свою эффективность… Председатель Правительственной комиссии зампредсовмина СССР Малышев после окончания спасательных работ настоял на скорейшем внедрении аппаратуры связи на всех наших флотах.
…Последнее, что я слышал в наушниках гидрофона, — это едва различимое пение. Умирая, «новороссийцы» пели «Варяга». Я был единственным, кто слышал их пение. Но хочу, чтобы об их мужестве знали все…»
Радиоинженер В. М. Жестков:
На сорок пятые сутки, закончив испытания аппаратуры связи, стали готовиться к отъезду домой. Билеты купили на 29 октября. А накануне прощались с Севастополем, гуляли по Приморскому бульвару, любовались, как заходил в бухту красавец-линкор, как становился он на бочки…
В три часа ночи нас разбудили военные моряки, предложили немедленно подготовить нашу аппаратуру к работе и спросили: «Что вам нужно?»
Попросили четыре танковых аккумулятора. Их доставили тотчас же. Мы быстро перенесли свои ящики на катер-торпедолов и через час-другой уже входили в Северную бухту Севастополя. Еще издали заметили, как мечутся по воде лучи прожекторов. Подумалось — учения идут. Но вскоре увидели днище опрокинувшегося линкора, толпы людей на береговых откосах, истошный бабий вой, крики, и все поняли…
Из воды торчал лишь один скуловой киль. На него и поставили аппаратуру.
Включили аппаратуру, довели ее до рабочих параметров. И тогда Николай Иванович Смирнов не без волнения взял микрофон и повторил несколько раз: «Внимание! Внимание! Внимание! Всем, кто меня слышат, ответьте ударом металлических предметов по корпусу судна!» И тут динамик гидрофона донес из-под воды множество ударов. Тогда принесли карту-схему и стали наносить на нее обстановку.
Мы работали на связи и день, и два, и три… На третьи сутки прорезался голод. Аркадий Сергеевич попросил меня: «Пошарь по рундукам, может, найдешь чего». На торпедолове, с которого мы не сходили почти две недели, нашлись лишь луковица да полбуханки хлеба. Правда, на следующий день по распоряжению Смирнова нам стали доставлять горячую пищу. Впрочем, что значили все наши неудобства по сравнению с горем, обрушившимся на флот и город?!
Единственное, что скрасило те дни, — удачный выход из корпуса шестерых моряков. Аппаратура сыграла в их спасении решающую роль.
Через 78 часов на поверхность вышли Хабибулин и Семиошко.
Потом, когда все закончилось и мы уезжали в Москву, на перроне севастопольского вокзала к нам подошли несколько матросов. Один из них спросил приятеля:
— Они?
— Они! — ответил тот.
Мы и охнуть не успели, как нас подхватили на руки и внесли в вагон. Матросы сделали это в знак благодарности за помощь в спасении их товарищей.
Ехали в одном купе с Хабибулиным и Семиошко, направленными в подмосковный санаторий. В Москве мы пригласили их к директору нашего института, устроили им прием, на котором ребята рассказали, что выпало им пережить. И конечно же, упомянули, какую веру вселял в них голос из забортных глубин. Судьба шеинского изобретения после сурового экзамена в севастопольской бухте была решена раз и навсегда».
Бывший командир крейсера «Куйбышев», ныне заместитель главнокомандующего объединенными Вооруженными Силами стран — участниц Варшавского Договора адмирал В. В. Михайлин:
«Вспоминать о той ночи больно и трудно… И все-таки надо отдать дань памяти героическому экипажу линкора «Новороссийск», ведь речь идет о коллективном, массовом подвиге советских моряков.
В канун взрыва наш крейсер, как и линкор, вернулся с моря и мы стали на бочку в глубине Северной бухты согласно парадному расчету. Готовились к наступающим праздникам. Я отдыхал в своей каюте и взрыва на слышал. Разбудила дежурная служба. Бегом на мостик. Но наша помощь не потребовалась…