- Она очень хочет найти того, кто это сделал. Просила меня что-то сделать, но я вряд ли смогу ей в этом чем-то помочь. Вряд ли можно за что-то зацепиться. Полицейские тоже нас об этом предупредили.
- Мне очень жаль, - почти шепчет Олег.
Волкову ужасно стыдно. Он разглядывает сгорбленную уставшую фигуру парня, всматривается в искаженное увиденными за столь короткую жизнь ужасами лицо. А парень смотрит на изображение улыбающейся девушки и совсем не двигается. Кажется, на какое-то время он даже забывает о присутствии Олега.
Волков собирается уже отойти, когда слышит хриплый голос И/Т/Б.
- Знаете, Олег, Вы все-таки настоящий военный.
Мужчина непонимающе хмурится. Слова прозвучали совершенно буднично, словно парень говорил о походе за хлебом или приготовлении завтрака.
- Я не понимаю, - честно говорит Олег и сжимает зубы.
- Просто, - парень говорит задумчиво, медленно, словно тщательно выверяя каждое слово, - мне приходилось видеть в Сирии многое. Вы, наверно, меня поймете… И главное, чему меня научила война – нам всем приходится чем-то жертвовать.
Олег прикрывает глаза и хочет умереть прямо здесь, напротив этого самого могильного камня, но не слышать этих слов. Он знает, к чему ведет брат Т/И, знает и хочет завопить, что все совсем не так. Но продолжает стоять, сжав зубы, и впитывать в себя каждую фразу.
- Я помню, как командирам приходилось жертвовать своими бойцами, чтобы спасти тысячи других людей, - парень вздыхает и говорит чуть жестче. – Они обрекали десятки ребят на смерть, чтобы другие могли жить, чтобы города продолжали стоять, чтобы дома продолжали строиться… Это была вынужденная жертва.
Олег почти задыхается. Он смотрит на улыбающееся лицо Т/И, а мысленно возвращается в Сирию, где каждую минуту его могла придавить какая-нибудь обвалившаяся стена или накрыть взрывная волна. Лучше бы он умер тогда, от взрыва, и не попал в ту чертову больницу, не встретил Т/И… и не испортил ей жизнь.
- Никто их не винил, конечно, - парень пожимает плечами. – Это было болезненно для них тоже, я это точно знаю. Эти смерти ложились им на плечи тяжелым грузом, которые они будут нести до самой смерти. Но иначе ведь быть не могло, правда?
Парень поднимает наконец голову и смотрит на Волкова своими потухшими зелеными глазами, а Олег сильнее зубы сжимает, почти до боли, и кивает. Иначе и правда быть не могло, ни у кого не оставалось выбора.
- Конечно, иногда жертвы были бессмысленными, но и мы, и они понимали это только позднее, - продолжает И/Т/Б. - Это было больно, конечно, но война - вообще штука жестокая.
Олегу хочется вернуться в Сирию и погибнуть под пулями врага. Ему хочется выхватить заткнутый за пояс перед выходом пистолет, поднести его к виску и застрелиться. Ему хочется вернуться в квартиру и повеситься на собственных шнурках. Но все это будет бессмысленно, потому что Т/И это не вернет.
А еще чертовски хочется рассказать обо всем И/Т/Б. Почему-то кажется, что тот понял бы. Они даже чем-то похожи, только у Олега близкий друг, почти брат, еще жив, а сестра этого совсем еще молодого парня лежит в чертовой деревянной коробке в двух метрах под землей, и это он, Олег, виноват в ее смерти.
- Что ж, Олег, - выдыхает парень, отворачиваясь и бросая последний короткий взгляд на лицо сестры.
Волков подается к нему, желая что-то сказать, но не может выдавить из себя ни слова. И/Т/Б опускает голову, словно задумываясь о чем-то, проходит чуть ближе, касается рукой могильного камня, снова поднимает голову, глядя на Олега. А затем идет к своей машине, припаркованной совсем неподалеку.
Лишь перед тем, как совсем оставить Волкова одного, парень останавливается и тихо говорит:
– Я надеюсь, что Ваша жертва того стоила.
Комментарий к 12.2. (Не) Справится… (Олег Волков), PG-13
Официально заявляю: по сути, это смысловая точка, на этой части вы можете перестать читать эту ветку. То, что будет дальше (если будет, конечно) будет вторым блоком реакций (что именно там будет, я пока не раскрываю). Я уже подсчитала, всего блоков будет три, в конце каждого из них ветку можно перестать читать без потерь)
========== 12.3. (Не) Справится… (Сергей Разумовский), PG-13 ==========
— Сережа!
Разумовский вздрагивает, поднимает голову, оборачивается и расплывается в улыбке, заметив темную фигуру в дверном проеме. Подслеповато щурясь, парень пытается получше рассмотреть пришедшую девушку, но и здесь, и в коридоре не горит свет.
И все-таки Сережа отлично понимает, кому принадлежит эта фигура. Слишком уж хорошо он ее успел изучить. И слишком страшно было бы, если бы она вдруг исчезла из его жизни.
Кажется, он успел заснуть и приснилось ему что-то чертовски страшное. Сейчас Разумовский с трудом восстановит происходившее во сне, но почему-то сердце при виде входящей в кабинет девушки стучит так быстро, так громко, что Сергей почти пугается, что оно вот-вот просто разорвется.
— Что с тобой? — тихо спрашивает Т/И, усаживаясь на край стола и смотря на него с мягкой улыбкой.
Сережа усиленно трет лицо, быстро моргает и улыбается в ответ, а в глазах почему-то собираются слезы.
— Все хорошо. Просто сон плохой приснился.
— А все почему? А потому, что ты опять заработался, — расстроенно тянет Т/И. — Ты так когда-нибудь себя добьешь, честное слово.
Разумовский виновато пожимает плечами и потягивается. Спина затекла от сна в неудобной позе и вставать теперь будет тяжеловато. Но Т/И определенно права, он слишком часто засиживается за работой и когда-нибудь это сыграет с ним злую шутку.
— Сереж, я хотела спросить тебя про Чумного Доктора.
Разумовский хмурится и отводит взгляд, пытаясь собраться с мыслями. Отголоски кошмара встают перед глазами, но парень все еще не помнит, что ему приснилось, поэтому трясет головой и сжимает руки в кулаки, чувствуя, как они начинают подрагивать.
— Что такое, Т/И?
— Ты точно ничего про него не знаешь?
В ее глазах столько доверия, что Сережа невольно чувствует вину за то, что врет. Стоило бы, наверно, выдать Олега и предотвратить дальнейшие убийства, но Разумовский просто не может, не имеет права предать человека, который был с ним с самого детства. Даже если это может подорвать доверие его любимой девушки.
— Точно, Т/И. Прости, если бы я знал, я бы тебе сразу сказал, но я просто не знаю.
— Ладно, — вздыхает девушка. — Ладно, я понимаю. Но если что-то узнаешь, скажи, пожалуйста. А то сам знаешь, Чумной Доктор опасен, у него много сторонников, которые делают абсолютно безумные вещи. Хочется хотя бы примерно знать, чего ожидать.
Сереже кажется, что Т/И имеет в виду несколько больше, чем говорит на самом деле, что смотрит на него как-то странно, но он старается игнорировать это. Разумовский и так слишком много нервничает из-за этой своей тайны, поэтому велика вероятность, что ему вообще просто кажется. В конце концов, у него вполне могла развиться паранойя.
— Я иду спать, — говорит вдруг Т/И. — Надеюсь, в этот раз ты заснешь в постели, а не за столом. Иначе мне придется прийти и тащить тебя.
Сережа улыбается и кивает.
— Обещаю, что больше такого не повторится.
Т/И усмехается.
— Честно-честно?
— Честно-честно, — отвечает Разумовский, рассмеявшись.
Кошмар наконец совсем исчезает из головы. Теперь, чувствуя присутствие Т/И рядом, ему становится гораздо спокойнее, гораздо лучше. Плевать, что было в чертовом кошмаре, это был всего лишь сон.
Только почему-то небольшая тревога все еще остается внутри.
***
Т/И изменилась.
Она ведет себя чертовски странно, часто спрашивает про Чумного Доктора, срывается, когда Сережа отказывается что-то рассказывать… Она словно что-то знает, о чем-то догадывается…
А Разумовский чувствует, что скрывать становится все сложнее.
Олег не появляется несколько дней, Чумной Доктор тоже не убивает больше, и Сережа надеется, что рано или поздно все забудут. А если и не забудут, то просто смирятся с тем, что народный мститель скрылся.