Может, продать интервью в какой-нибудь журнал?
Ты запинаешься о собственную ногу и едва не валишься на пол, когда голос в трубке говорит:
— Это Сергей Разумовский, я давал Вам интервью, помните?
— С-Сергей? — дыхание сбивается, и ты пытаешься успокоиться, но волнение накрывает только сильнее. — Д-да. Откуда у Вас мой номер?
— Это не так важно, — коротко отвечает он. — У меня к Вам небольшое предложение.
Ты заинтересованно прижимаешь телефон ближе к уху и вслушиваешься к каждому звуку на том конце провода. Сергей молчит какое-то время, а ты поглядываешь на дверь, в любую минуту ожидая увидеть строгое лицо твоего научного руководителя.
— Сергей, простите, пожалуйста, я очень тороплюсь, — нарушаешь тишину ты.
— Конечно, — в трубке раздается какой-то полузадушенный звук, глубокий вздох, а после Разумовский быстро и резко выпаливает: — Я хотел бы предложить Вам сотрудничество.
Ты усмехаешься. Это предложение больше похоже на шутку. Зачем самому Сергею Разумовскому предлагать студентке-журналистке работу? В конце концов, в мире немало действительно опытных журналистов, и если вдруг ему нужен профессионал в этой сфере, то он мог бы обратиться к кому-то попрофессиональнее…
— И зачем же Вам нужен журналист?
Кажется, этого вопроса Сергей не ожидал. Он снова издает странный звук, даже, кажется, советуется с кем-то, прикрыв телефон рукой, и наконец отзывается:
— Ну, журналист нам действительно не нужен, думаю. Но вот менеджер по связям с общественностью…
— Это же не моя специализация, — выдыхаешь ты. — Вообще-то я студентка, я еще не стала профессионалкой, не думаю, что…
— Послушайте, — прерывает тебя Разумовский. — За годы работы в бизнесе я научился видеть настоящих профессионалов. Упорство, с которым Вы рвались ко мне на интервью, меня действительно поразило, и я бы не отказался от такого сотрудника в своем штате. А все необходимые знания Вы сможете получить в процессе, если что, я смогу организовать Вам экспресс-обучение.
Ты молчишь, все еще посматривая на дверь, но научный руководитель так и не выходит, а Сергей нетерпеливо покашливает, поторапливая тебя с ответом, а ты не можешь выдавить из себя ни звука, потому что это настолько неожиданно, настолько странно. Неужели это правда происходит с тобой?
— Что ж, если Вы действительно уверены, что я та, кто Вам нужен, я готова попробовать.
Ты слышишь облегченный выдох, а после Разумовский начинает говорить еще быстрее и взволнованнее, чем прежде:
— Хорошо, но… Понимаете, было бы неплохо обсудить некоторые тонкости работы. Вы бы не хотели встретиться сегодня вечером?
Ты отвечаешь прежде, чем успеваешь даже подумать:
— Да, почему нет?
— Хорошо, тогда я скину точное время встречи чуть позднее. А от Вас в ответ я жду адрес, откуда Вас забрать.
Ты очень хочешь возразить, что вообще-то можешь доехать и сама, но из груди вырывается только хриплое:
— Конечно. Тогда до встречи.
Услышав короткие гудки, ты сильно-сильно трешь глаза, словно пытаясь убедиться в реальности происходящего. Тебе действительно предложил работу сам Сергей Разумовский? В своей компании? Еще и назвал тебя настоящим профессионалом? Все это больше похоже на странный, но донельзя приятный сон.
Но что точно не является сном, так это гнев твоего преподавателя. И ты очень скоро можешь стать его жертвой, чего бы тебе совсем не хотелось. Поэтому ты стремительно несешься обратно в кабинет, стараясь скрыть глупую улыбку на своем лице и поспешно убирая телефон в карман.
А мысленно ты уже перебираешь все свои немногочисленные наряды, пытаясь понять, в чём лучше отправиться на встречу.
***
Ты неловко ерзаешь на мягком светлом диванчике, изредка с интересом поглядывая по сторонам и пытаясь запомнить каждую деталь интерьера дорогущего ресторана, в котором тебе пришлось оказаться. Вопреки твоим ожиданиям, приехал за тобой не сам Сергей, а, видимо, его водитель. Он посмотрел на тебя равнодушно, окинул придирчивым взглядом твой наряд, хмыкнул, но все-таки вышел и даже открыл тебе дверь. Ты даже предпринимала попытки с ним заговорить и выяснить, где же решил назначить вашу встречу Разумовский, но тот молчал, абсолютно игнорируя твое присутствие.
— Хотите что-нибудь? — Сергей стремительно врывается в твои мысли, откладывая меню в сторону.
Ты пожимаешь плечами.
— А Вы всех своих работников приглашаете в рестораны?
— Только самых отличившихся, — улыбается Разумовский, всем телом подаваясь вперед. Ты, напротив, откидываешься назад, только теперь начиная догадываться, почему вообще Сергей предложил тебе работу.
Он не оценивал твои профессиональные качества, на это ему, вероятно, все равно. Но вот то, что ты ему понравилась, теперь видно невооруженным взглядом. И тебе вообще-то стоит порадоваться, что такой завидный холостяк, как Сергей Разумовский, заметил тебя, даже пригласил на встречу, пусть и прикрываясь профессиональной деятельностью… Только вот ты-то надеялась, что он сможет увидеть в тебе хоть что-то большее, чем девчонку, с которой можно заигрывать.
В институте тебе нередко говорили о том, что девушки вообще приходят в профессию журналиста только для того, чтобы покрасоваться. Некоторые особенно консервативные преподаватели убеждали вас, что вы не будете работать по профессии. Просто выйдете замуж удачно и займетесь хранением этого пресловутого очага. Парни с Вашего потока нередко отвешивали в вашу с одногруппницами сторону скользкие комментарии.
Все, что хочется тебе — это стать настоящим профессионалом. Добиться уважения. Получить хорошую должность. Заниматься тем, что нравится. Но каждый чертов раз тебя возвращают с небес на землю, напоминая, что ты не больше, чем глупая девчонка, от которой не стоит ничего ожидать.
И это чертовски обидно.
— Итак, Вы хотели по поводу работы поговорить, — пытаешься завязать деловой разговор ты, но Сергей отмахивается и жестом подзывает одну из официанток, торопливо тыкая в один из винной карты.
— Т/И, Вы будете что-нибудь есть?
Ты отрицательно качаешь головой, и Разумовский, ослепительно улыбнувшись, отдает меню девушке.
Ты оглядываешь ее до неприличия короткое платье, замечаешь мельком, как она неловко одергивает юбку, и мысленно ей сочувствуешь. И угораздило же ее сюда устроиться.
Либо она слишком любит людей, либо слишком нуждается в деньгах, но ее форма явно не доставляет ей удовольствия. И тебе чертовски хочется стянуть свой слегка маловатый в плечах пиджак и отдать ей, чтобы она смогла повязать его на пояс и чувствовать себя хоть немного комфортнее.
— Т/И, не хотите рассказать о себе? — заинтересованно спрашивает Разумовский, снова наклоняясь к тебе.
— Мы же, кажется, пришли сюда, чтобы обсудить работу.
Парень вздыхает и оглядывается по сторонам, а после обреченно кивает:
— Да, Вы правы.
— Или Вы все-таки меня обманули? — спрашиваешь ты, прищуриваясь.
Сергей едва на своем месте не подпрыгивает. Он резко вытягивается, перестает горбиться, глаза его начинают бегать, руки нервно хватаются за салфетку и начинают отчаянно ее мять. Он выглядит даже немного напуганным, когда отчаянно вскрикивает, привлекая внимание окружающих:
— Я не обманывал!
Ты вздыхаешь и качаешь головой:
— Сергей, давайте начистоту. Вы предложили мне работу только потому, что я Вам понравилась? И все эти разговоры про мой профессионализм были ложью?
Он оглядывается по сторонам, начинает сжимать пальцы на белой салфетке еще более нервно, постоянно теребит воротник рубашки, но отвечать не спешит, и ты поджимаешь губы, окончательно все понимая: