Но черт, это слишком хорошо, слишком правильно, словно так и должно быть, и ты хрипишь, подаваясь бедрами назад, насколько это вообще возможно.
Слезы, не впитавшиеся в бандану, стекают по щекам, и ты расплываешься в улыбке, которая уже через мгновение сползает с лица, и ты испуганно пытаешься ухватить парня слабеющими руками, когда тот сжимает горло еще сильнее. Ты чувствуешь, как уплывает сознание, и боишься, что последним, что ты сделала в жизни, будет секс с Чумным Доктором.
Когда он наконец ослабляет хватку, твои руки, которыми ты опиралась на кровать, подкашиваются, и ты падаешь лицом в одеяло, закашливаясь и хрипя, пытаясь поймать такой необходимый воздух. Чумной Доктор продолжает двигаться, пока ты борешься за каждый вдох, и это должно бы пугать, но ты только сильнее заводишься.
— Ты больше никогда не будешь трахаться ни с кем, кроме меня, слышишь? — рычит парень, и ты киваешь, открывая и закрывая рот не в силах выдавить ни звука.
Ты чувствуешь, что оргазм становится все ближе, пытаешься нащупать Чумного Доктора за спиной, ухватиться за него, а он снова наматывает на кулак твои волосы и тянет тебя назад. Ты вскрикиваешь, когда несколько волосинок больно выдираются.
Ты почти готова кончить, когда парень вдруг заметно замедляется, а после и вовсе выходит. Ты разочарованно стонешь, двигая тазом, и вскрикиваешь, когда на твою ягодицу опускается болезненный шлепок.
— Не думай, что все так просто. Я хочу, чтобы ты раз и навсегда усвоила, что ты моя, — шипит Чумной Доктор.
— Я знаю… Я… Я знаю… Знаю, — сбивчиво шепчешь ты, слыша, как парень усмехается.
— Ведешь себя, как шлюха.
Ты задыхаешься от обиды, но почему-то киваешь. Что угодно, лишь бы он дал тебе наконец кончить. Тебе это так нужно, так необходимо, прямо здесь и сейчас…
Когда парень находит пальцами твой клитор, не отпуская другой рукой волосы, ты почти кричишь. Боже, еще немного, еще совсем чуть-чуть его прикосновений, и ты…
— Нет. Я запрещаю, ясно?
Ты киваешь, плачешь почти в полный голос и сжимаешь бедра, а Чумной Доктор хмыкает.
— Выглядишь жалко.
Он снова ощутимо шлепает тебя по ягодице, усмехается, когда ты разводишь ноги, и снова входит. Ты кричишь, а в голове звучит голос парня: «Запрещаю».
Он запретил тебе. Он запретил тебе испытывать оргазм, и черт, ты слушаешься.
Ты правда даже не догадываешься, как это делаешь, в голове плывет, ты едва бы смогла сейчас назвать собственное имя, но приказ Чумного Доктора так четко засел в голове, что даже твой организм понимает, что ослушаться нельзя…
— Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — повторяешь ты, когда становится совсем невыносимо.
Ты разводишь ноги шире, когда тебя накрывает волна удовольствия, но уже вряд ли что-то можешь сделать: твое тело дрожит, ты кричишь, сжимаешь в руках одеяло и чувствуешь, как слезы еще сильнее текут по щекам…
Ослушалась.
Чумной Доктор за твоей спиной почти рычит и выходит, и уже через пару мгновений ты чувствуешь, как на спину падают теплые капли.
А затем парень наклоняется к твоему уху и шипит:
— Ты не слышала, что я сказал?
— Нет, я…
Ты стонешь, когда пальцы Чумного Доктора проходятся по чувствительному после оргазма клитору. Ощущения болезненные, и ты двигаешь бедрами, стараясь уйти от прикосновений, которые становятся только настойчивее.
— Нет, пожалуйста, нет, — хнычешь ты и выдыхаешь, когда терзавшие тебя пальцы наконец пропадают.
— Ты меня очень разочаровала, — холодно говорит парень и, кажется, встает с кровати.
Ты падаешь лицом в одеяло и беззвучно плачешь. Сердце почему-то наполняется чувством вины перед Чумным Доктором. Возможно, это абсурдно, но ты боишься, что после произошедшего он больше никогда не появится в твоем доме.
Только вот его присутствие теперь необходимо, как воздух. Ты с трудом представляешь, как будешь жить без него.
Ты вздрагиваешь, когда пальцы парня пробегаются по твоему позвоночнику.
— Ничего, ты еще научишься слушаться.
Ты благодарно выдыхаешь.
Он тебя не оставит. Он останется с тобой.
— Как тебя зовут? — хрипло выдыхаешь ты, переворачиваясь и не решаясь снять бандану, пока не позволит Чумной Доктор.
Тот молчит какое-то время, ты слышишь шорох его костюма, когда он одевается. А затем доносится чуть приглушенный голос из-под маски.
— Называй меня Птицей, — он задумывается на мгновение, а затем говорит: — Можешь снять повязку.
— Ты придешь завтра? — спрашиваешь ты, срывая с себя бандану и беспомощно заглядывая в глаза-линзы.
Вместо ответа Чумной Доктор кивает, а затем разворачивается и исчезает в темноте квартиры.
А ты вдруг понимаешь, что вы ни разу так по-настоящему и не целовались.
Комментарий к 4.6. Первый раз (Птица), NC-17
Если уж экспериментировать, то по полной. Получилось?
Нет, ну а что, я предупреждала, что эта ветка будет без романтических соплей…
========== 4.7. Первый раз (Леша Макаров), PG-13 ==========
— Девчонки! — Ленка, твоя соседка и одноклассница, врывается в комнату и валится на свою кровать, закидывая руки за голову и мечтательно закатывая глаза.
Ты с интересом приподнимаешься на локтях и смотришь на нее, ожидая продолжения. Маленькая Алена даже отрывается от чтения какого-то толстого учебника и с интересом подается вперед, но Ленка продолжает молчать, хитро поглядывая на вас.
— Что-то случилось? — наконец скучающе подает голос Ева.
Она самая старшая из вас, уже скоро ей исполнится восемнадцать, она сможет уехать из детдома, и девочки искренне считают, что ей очень повезло, а ты представить себе не можешь, каково это — остаться одной в большом городе, без родителей и друзей.
Хотя, возможно, ей и ее одноклассникам, которые тоже вот-вот готовы выбраться из стен детского дома, удастся не потерять друг друга?
— Помните Макса? Ну, я рассказывала, он недавно ко мне подсел, — Аленка поспешно кивает, глядя на Лену своими большими и вечно испуганными глазами, а Ева не слишком заинтересованно пожимает плечами.
Помнит, конечно, Ленка про Макса вам все уши прожужжала. Влюбилась в него по уши, все пыталась понять, как ему об этом намекнуть, а Ева давала советы. Видимо, успешные, учитывая то, какой довольной сейчас выглядит Лена.
— Он меня поцеловал сегодня! Прикиньте!
Аленка ахает изумленно и расплывается в улыбке, но ее красновато-серые глаза остаются настолько же испуганными. Ты знаешь, что многие дети по-прежнему посмеиваются над ней, но в лицо теперь говорить что-то опасаются, потому что Ева давно дала понять, что будет стоять за свою юную подружку горой.
Аленка — альбинос. Кто знает, возможно, мать отказалась от нее именно поэтому, решив, что это что-то опасное, а может, дело было в чем-то другом, но ты не считаешь это большим дефектом.
Волосы, брови и ресницы Аленки совсем белые, кожа тоже светлая настолько, что, когда ты впервые встретилась, тебе показалось, что в комнате просто бродит маленькое привидение. У нее тонкие губы, нос, и ты искренне считаешь, что ей стоило бы стать моделью. Кто знает, может, в будущем так и будет.
Аленка почти не выходит на улицу вместе со всеми, потому что ее организм не может бороться с солнечным светом и часто у девочки остаются ожоги, если она проводит на солнце слишком много времени. Но она легко смогла к этому привыкнуть, весело заявив, что зато у нее будет больше времени, чтобы почитать.
Аленка — невероятно трудоспособный ребенок, и ты надеешься, что в будущем она добьется больших успехов.
Ева хмыкает и показывает Ленке большой палец, и даже ты приподнимаешь уголок губ.
Ты искренне за нее рада, правда. Она так давно вздыхала по Максу, что ее страдания рано или поздно должны были окупиться. Хотя бы в поцелуе, если не в полноценных отношениях.