Когда ты врываешься на кухню, Птица все еще сидит на табуретке и шипит, кажется, пытаясь залезть прямо пальцами в кровоточащую рану. Ты ахаешь, подскакиваешь ближе и хватаешь его за руку.
— Птиц, пожалуйста, дай мне помочь тебе.
Ты слышишь смешок сквозь маску, и Птиц убирает руку, открывая твоим глазам пулевое ранение, из которого по темной ткани костюма течет кровь. От тяжелого металлического запаха голова начинает кружиться, ты жмуришься на мгновение, сглатываешь и снова смотришь на Птицу.
— Сможешь стянуть ниже костюм? Чтобы я могла обработать рану.
— Там нужно пулю достать, — шипит парень, и ты киваешь.
— Конечно. Просто открой мне доступ.
Конечно, ты не собираешься вытаскивать пулю. Ты просто не справишься и сделаешь только хуже, потому что прежде ты никогда не занималась подобным. А убить Птицу собственными руками очень не хочется. Ведь это только в фильмах персонажи легко и просто проводят сложнейшие операции на дому и потом скачут и уворачиваются от новых выстрелов… А в жизни все совсем не так. Самое главное для тебя сейчас — не навредить парню еще сильнее и остановить кровь.
Чтобы потом он смог добраться до больницы и ему помогли более компетентные люди.
Птица медленно спускает костюм, открывая для тебя плечо. Края раны немного вспухли, покраснели, и ты сглатываешь, чувствуя подступающую к горлу тошноту. Ты проходишься быстрым взглядом по выпирающему кадыку, по острым ключицам. Некоторые участки кожи кажутся чуть светлее, некоторые темнее, и ты зависаешь на мгновение. А после Птица хмыкает и спрашивает неожиданно нахально для истекающего кровью человека.
— Что, красавчик?
Ты сглатываешь и неожиданно для себя киваешь, а парень продолжает, ухмыляясь:
— Ты еще мою мордашку не видела. Боюсь представить, как бы ты отреагировала на такую красоту.
— Я…
Он чуть грубовато хлопает тебя по плечу, и ты поспешно прижимаешь кусочек бинта к ране, заставляя Птицу снова зашипеть.
— Прости, боже, прости, — тихо говоришь ты, видя, как постепенно краснеет бинт в твоих руках.
Конечно, из школьного курса по ОБЖ ты помнишь что-то про жгуты и про бинтование, но черт, руки сейчас трясутся слишком сильно, а в голове мысли так мешаются, что ты действительно не знаешь, что делать дальше. Как поступить? Как помочь Птице, а не навредить?
— Какая же ты бесполезная, — рычит Птица, выхватывая аптечку у тебя из рук и бросая на стол упаковку бинтов.
Становится обидно. Ты же действительно пытаешься, действительно хочешь ему помочь… Только вот результата это никакого не приносит.
— Чего сидишь? — Птица звучит раздраженно. — Хочешь помочь — перебинтуй. Или я сам этим займусь. Пулю я дома без тебя достану.
— Прости, — тихо говоришь ты, осторожно раскрывая пачку и принимаясь неумело перевязывать рану. Бинт почти сразу же пропитывается кровью, и ты не понимаешь, как вообще Птица еще остается в сознании.
Закончив, ты оглядываешь получившуюся повязку и вздыхаешь. Получилось откровенно плохо, бинт собирается местами гармошкой, иногда перекручивается, и Птица качает головой.
— Да уж, медсестрой тебе точно не быть.
— Я помочь пыталась, — обиженно тянешь ты, и испуганно замираешь, когда парень тянется к тебе.
Ты по-прежнему ждешь от него чего-то плохого, особенно теперь, когда действительно его подвела. Только Птица вдруг осторожно касается рукой твоей щеки и мягко поглаживает, а после тихо и даже почти искренне говорит:
— Спасибо.
А ты расплываешься в улыбке. Боже, он не злится, он не расстроен. И он, кажется, по-прежнему продолжит приходить к тебе.
Ведь продолжит же, верно?
— Птиц, — тихо говоришь ты, прикрывая глаза и ластясь к его руке.
Он осторожно касается большим пальцем твоих губ, проводит по ним, поглаживает щеку, и ты выдыхаешь, стараясь запомнить это мгновение. Потому что терпение Птицы не может быть вечным, он не может терпеть твои неудачи всю жизнь, когда-нибудь ты можешь допустить большую ошибку и потерять его.
Конечно, ты надеешься, что этого не случится, но жизнь иногда бывает действительно непредсказуемой… и жестокой.
— Да, Т/И? — его голос звучит почти ласково.
— А когда мы сможем считаться парой? Ну, официально.
Твой вопрос наверняка звучит глупо. Птица усмехается, убирает руку и смотрит на тебя сквозь свои безэмоциональные глаза-линзы. И ты почти уверена, что под маской он беззвучно смеется над тобой.
— А ты разве еще не принадлежишь мне?
Ты киваешь.
Принадлежишь, конечно. Он четко дал тебе это понять в вашу последнюю встречу.
Ты чувствуешь, как невидимый груз наконец сваливается с плеч. Он не бросит тебя. Он считает тебя своей девушкой. Он будет рядом, будет любить тебя…
Только вот ощущаешь ли ты невидимую удавку, все сильнее затягивающуюся на шее?
Комментарий к 5.6. Как вы стали парой (Птица), PG-13
Не знаю, как вам, а мне в целом даже нравится эта часть. А еще автор грустит, автору стали редко писать комментарии, а это основное топливо для автора😅
========== 5.7. Как вы стали парой (Леша Макаров), PG-13 ==========
Скучно.
Ты равнодушно разглядываешь клумбу под окнами учебного кабинета, вздыхаешь и уж точно не собираешься слушать нудящего преподавателя. Михаил Сергеич, учитель истории, по праву может считаться самым скучным учителем из всех.
Почему его вообще все еще здесь держат? Он действительно старый, ему точно под восемьдесят, его седые, почти белые редкие волосы всегда неаккуратно торчат, и эта странная, даже эксцентричная прическа никак не вяжется с вечно выглаженным костюмом, с белой рубашкой, застегнутой под самое горло, и темно-болотным галстуком, к которому он вечно тянется, чтобы поправить его.
От Михаила Сергеича пахнет старостью. Есть у совсем пожилых людей какой-то такой странный особенный запах, который сложно описать. Но находиться с ним немного… неловко. Даже не столько из-за внешнего вида или из-за этого странного запаха, сколько из-за повадок, которые никто из воспитателей не замечает.
Он сразу тебя приметил. Вообще-то это неудивительно, учитывая то, что ты — одна из немногих, кто действительно старается относиться к нему хорошо. В конце концов, свой предмет он действительно знает, пусть и вести лекции интересно совсем не умеет.
Только вот из-за этого своего желания относиться к учителю с уважением ты привлекла к себе его внимание, поэтому теперь он часто перед уроком подскакивает к тебе и начинает о чем-то рассказывать, а ты терпеливо слушаешь, потому что… Ну, что взять с пожилого человека? Наверняка ему действительно одиноко, поэтому он с такой охотой болтает с тобой обо всем.
А еще он постоянно делает комплименты. Не только тебе, конечно, вообще всем девочкам. А ты напрягаешься каждый раз, когда слышишь, как он обращается к очередной твоей однокласснице: «Какие у тебя ноги красивые! Какие длинные! Посмотрите, какие она каблуки надела!»
Но это просто безобидные комплименты. В конце концов, ему много лет, вряд ли он стал бы всерьез заглядываться на девочек пятнадцати-шестнадцати лет?
Еще и Леши сейчас рядом нет. До этого он ходил на занятия с твоим классом, и ты искренне не понимала. Он же старше. Он точно старше тебя. Так как он оказался с тобой?
Только потом он объяснил, что в первый же день, когда тебя накрыла паническая атака, он пришел к директору, сказал, что тебе необходим друг рядом, который будет помогать, если вдруг кто-то решит схватить тебя, дотронуться или что-то еще. Теперь, пару недель спустя, когда первый шок прошел и ты наконец начала понемногу осваиваться, он вернулся свой класс, чтобы продолжить нормальное обучение.
Именно поэтому теперь вы проводите вместе гораздо меньше времени, а ты не можешь дождаться конца занятий, чтобы просто поговорить с ним хоть немного.
Потому что ты, сама того не желая, действительно привязалась к парню.