— Был выход! — сказал убежденно Бек. — Не связывать себя с иными державами, для отвода глаз не выражать интереса к событиям вокруг нас, а самим копить силу и тайно продолжать верную дружбу с русскими. Надо было показать султану, что мы безразличны к чужим делам. А шаха Тахмаза, наоборот, следовало заставить признать нашу независимость. И главное: необходимо было объединить армянские и грузинские воинства против общего бедствия. Вот какой у нас был выход.
— Что же нам делать теперь?
— Теперь всему свету известно то, о чем следовало знать только нам да богу. И я не вижу света во тьме…
Кони пошли медленней. Сзади приблизились телохранители. Ехали всю ночь и только на рассвете вступили в Алидзор.
Хотя старейшины Армянского Собрания и решили доставить государева посла на переговоры в Алидзор, Давид-Бек не спешил отправлять за ним гонцов. О чем думал Верховный властитель, оставалось загадкой. Мхитар не знал, что предпринимать. Весть о том, что в Армению прибывает русское войско, разнеслась уже по всей стране, народ роптал, не понимая, почему не зовут царского посла и тем медлят с прибытием русских. Мхитар не решался сообщить об этих настроениях Беку.
Тем временем прибывающие в Алидзор лазутчики приносили из Стамбула и Тавриза, из Эрзерума и Карса все новые и новые вести о том, что турки собирают войско для похода в Армению, что франкские правители снабжают их амуницией, англичане — ружьями, голландцы — пушками и деньгами.
Выслушав эти сообщения, Бек впадал в тяжелые раздумья. Как отвести надвигающуюся беду? В стране уже нет человека, кто бы не носил оружия. Оружейник Врданес отлил вторую пушку. Бывалые сотники и мелики обучают ополченцев. Кроме того, тайно договорились с грузинским царем Вахтангом VI объединенными силами выступить против турок. В большом количестве заготовлены продовольствие и боеприпасы — в Алидзоре, Джраберде, в крепости Воротан, в Дизаке, Дзагедзоре, в Мегри и Сисакане. Народ готов все отдать, только бы сохранить добытую независимость. Но и всех этих усилий недостаточно в противоборстве с турками.
Единственная надежда — русские. И недаром всюду говорят только о них, о том, что русские уже чуть ли не идут на Баку и через Шемаху в Армению. Говорят и о том, будто грузинский царь дал братскую клятву стоять плечом к плечу с армянами и уже собрал в Тифлисе тридцатитысячное войско.
Разговоры эти доходили до Давид-Бека. Верно то, что русские в Баку, и то, что у Вахтанга тридцать тысяч войска. Но Беку ведомо и другое: стоит не прийти Петру, грузинское войско распадется, и Вахтанг уже ничем не сможет помочь дружественному соседнему народу…
Спасение армян и грузин зависит от прихода русских. А они не идут. Их сдерживают европейские державы.
У Бека сердце обливалось кровью. Вести переговоры с царским послом? Но какой в этом сейчас резон? Армии-то у посла нет! Он прибыл в Армению всего с двумя офицерами…
Как-то Мхитар осторожно намекнул, что, может, стоит поторопиться и пригласить русского посланника в Алидзор. Народ, мол, и мелики ропщут. И епископ Оваким взбешен. Говорит: «Несмотря на старость, сам поеду и привезу посла в Алидзор».
— А я задушу твоего Овакима в его же келье! — разгневался Бек.
— Но он желает добра.
— Неужели ты думаешь, — с горечью произнес Бек, — что церковники могут сделать для страны Армянской больше, чем ты, оружейник Врданес, твой Есаи, я или сотник Товма?
— Да, но епископ — это же духовный пастырь народа?
— Вот пусть он и поддерживает бодрость духа. А защиту тела народного доверять черноголовым нельзя. Кости обглодают. Не балуй ты этих носителей клобуков и никогда не унижайся перед ними. Стране, в которой меч заменяют крестом, грозит погибель. Помни это…
Опасность со стороны турок становилась все более угрожающей. В эти тревожные дни, пожалуй, только Давид-Бек не терял мужества. События разворачивались с такой быстротой, что Бек был вынужден призвать государева посланца в Алидзор уже не тайно, а открыто. Поводом к этому послужило письмо католикоса Есаи.
«Возлюбленный мой Верховный властитель всех армян, — писал святейший, — спешу сообщить тебе, что император Петр Алексеевич решил в скором времени направиться в сторону нашей и грузинской земли. Нам надлежит быть готовыми в означенный день встретить вместе с нашими войсками в долине Гандзака его богом направляемое шествие. Поэтому не медли, сын мой, поторопись пригласить к себе посла императора Руси, чтобы и он также знал о делах нашей страны. Всемогущей волей господа восстает из руин Дом Армянский и спасительный свет приближается к нашей стране. Не медли, сын мой».