– Тогда куда мы поедем?
– В Стройзу.
Кэлен уже догадывалась, что он задумал отправиться именно туда. Но не знала почему.
– В Стройзу! Обратно через ту непроходимую глушь, через горные перевалы, которые мы преодолели, чтобы попасть сюда?
– Айрин говорила, что когда-то ходила сюда какими-то дорогами и тропами. Не знаю, бывала ли она здесь на самом деле, но, возможно, дороги действительно есть. – Он повернулся к воинам. – Это так? Есть дороги и тропы, по которым мы можем добраться до Стройзы без того, чтобы идти обратно через горы у черного хода в Сааведру?
Не задумываясь ни на миг, все трое кивнули.
– Часть дороги вполне приличная, – сказал один из них, – но затем она поворачивает не туда, куда нам надо. Однако в том месте мы можем воспользоваться торговыми тропами. Они хотя бы приведут нас в окрестности Стройзы. Это не самый легкий путь, но гораздо легче ехать по нему верхом, чем пешком возвращаться по горам, пробираясь через дикую местность, которой нет на картах.
– Хорошо, тогда отправляемся немедленно.
Командующий прижал кулак к сердцу.
– Как вам будет угодно, Лорд Рал. Все воины будут готовы отправиться в путь раньше, чем вы дойдете до конюшни.
Ричарда глянул на него из-за стола.
– Нет, мы отбываем не все. Придется разделить воинов. Со мной отправится отряд примерно из дюжины воинов. Большая численность будет только мешать продвижению.
Фистер откашлялся.
– Не могу согласиться с вами, Лорд Рал. Никто из моих воинов не помешает нам. Они скорее умрут от усталости, чем замедлят продвижение. Кроме того, если на нас нападут полулюди, потребуется как можно больше воинов.
Ричард коротко улыбнулся в ответ.
– Понимаю твое беспокойство. – Он указал на свитки за своей спиной. – Однако эти свитки невероятно ценны для меня – для всех нас. Они уже побывали в дурных руках, и это привело к нашим нынешним бедам. Нельзя допустить, чтобы кто-то еще завладел этими свитками. Их следует защищать любой ценой, даже ценой жизни. В конечном счете их нужно доставить в Народный Дворец, они мне понадобятся там. А до тех пор их надлежит охранять.
Командующий поскреб в затылке, оглядывая стол, заваленный грудами свитков.
– Вы хотите, чтобы воины отправились с ними сейчас?
За спиной могучего командующего Кэлен увидела писца Молера, торопливо входящего в комнату. Он подошел и замер позади воинов, ожидая вызова. Ричард знаком велел ему выйти вперед.
– Да, Лорд Рал? Чем могу служить?
– Соберите все лазурные свитки – все, в которых есть такие вот символы, – и упакуйте их для безопасной перевозки.
– Их привозили в кожаных тубусах, защищающих от непогоды, – сказал Молер. – В каждый помещается много свитков. Если плотно скатывать их вместе, потребуется всего лишь десять-двенадцать тубусов.
– Они водонепроницаемые?
Молер оглядел горы свитков.
– Достаточно для защиты от дождя и сырости, но недостаточно, если уронить в реку или погрузить под воду. Свитки очень древние, Лорд Рал, и очень хрупкие.
– Что ж, – сказал Ричард, – тщательно упакуйте их для перевозки и для надежности запечатайте тубусы смолой и воском. Это заодно помешает открывать их.
– Отправить их во дворец? – спросил командующий Фистер.
Ричард на мгновение задумался.
– Пока нет. Во время путешествия они будут более уязвимы. До поры здесь они будут защищены лучше. Все-таки здесь крепость. У Ханниса Арка и императора Сулакана нет никаких причин возвращаться сюда. Пусть большинство воинов останется здесь и защищает свитки.
Командующий явно не был согласен, но не стал спорить.
– Как вам угодно, Лорд Рал.
– И позаботьтесь, чтобы воины понимали – эти свитки невероятно важны для победы над Сулаканом и полулюдьми. И ни за что не должны снова попасть в руки врага.
Командующий прижал кулак к сердцу.
– Я позабочусь о том, чтобы они понимали важность своей задачи.
– Хорошо, – кивнул Ричард.
– Пока их будут охранять здесь. Но когда свитки следует доставить во дворец?
– Когда мне удастся остановить Сулакана. Тогда путешествовать с ними станет безопасно. Если же мне не удастся… ну, в общем, думаю, в этом случае все это утратит важность.
Фистер не понял, но не стал ничего уточнять.
– Лорд Рал, если мне позволено будет попросить… Я хотел бы командовать отрядом, который отправится с вами. Эти свитки, возможно, очень ценны, но не настолько, насколько ценны, как вы. Вы и Мать-Исповедница – моя главная ответственность. Прошу поставить меня во главе того отряда, который пойдет с вами к Стройзе. Я буду чувствовать себя гораздо лучше, если буду при вас и смогу помочь с защитой.
– Конечно, – согласился Ричард. Он посмотрел мимо командующего на трех морд-ситов. – Я хочу, чтобы вы отправились с нами все три.
Кассия нахмурилась.
– Как вам могло прийти в голову, что мы отпустим вас куда-то одного?
Глава 33
Кэлен с радостью покидала крепость, место печали и горя. Здесь умерла Кара – и многие другие. То, что Ричард вернулся в мир живых, не стерло в памяти тот неизбывный ужас, какой она испытала, видя его мертвым на погребальном костре.
Но больше всего ее угнетали воспоминания о едва не отданном приказе зажечь погребальный костер. К нему память Кэлен возвращалась снова и снова. Она знала, что воспоминания о приказе, который она чуть было не отдала, будут преследовать ее до конца жизни и станут богатой пищей для кошмаров.
Она отогнала это воспоминание. Ричард был жив, и только это имело значение. Ей не следовало сосредоточиваться на прошлом или на том, что могло бы произойти. Ей следовало сосредоточиться на том, что действительно случилось, и на том, что им нужно сделать.
Кэлен с радостью покидала крепость еще и из-за свитков, найденных Ричардом. Ее встревожило и расстроило все то, что им открыли, и она еще не успокоилась. Новые сведения противоречили многому из того, что она знала с пеленок и чему ее научили волшебники о взаимоотношениях магии с миром. Свитки настолько изменили ее понимание всего и вся, что она казалась себе заблудившейся в мире, который прежде считала хорошо знакомым. Ее понимание мира было опрокинуто.
Ей хотелось бы отмахнуться от сказанного Ричардом, отказаться верить в то, что он выяснил, и назвать это мифом или неправдоподобной теорией, но она знала, что не может так поступить. Она не сомневалась в способности Ричарда правильно перевести и понять свитки, но и Никки тоже согласилась со всем, что сказал Ричард. Хотя Никки доверяла Ричарду и верила в него, из искренней заботы о нем она не позволила бы ему ошибиться, поверив в нечто ложное.
Кроме того, Кэлен обнаружила, что новое знание странным образом утешительно. По-видимому, дело было в том, что оно не вызывало сомнений и рождало смятение, как часто бывает с правдой… А еще обнаружение ранее неизвестного механизма, ответственного за то, что все считали само собой разумеющимся, приводило в восторг. Словно она заглянула за занавес Творения.
Очаровывала та замечательная ясность, которую это открытие давало в отношении очень многого, например пророчеств, которые Кэлен всегда принимала за чистую монету. Она чувствовала легкую обиду из-за того, что всю свою жизнь ее обманывали всевозможные признанные авторитеты, которые не допускали никаких сомнений в этом вопросе. Открытие Ричарда словно вдруг дало ключ ко многому из того, что считалось непостижимым и непознаваемым для простых смертных.
Это был новый мир, к которому Кэлен предстояло привыкнуть, с новыми правилами и новыми требованиями, но ей хотя бы казалось, что эти знания помогут им в борьбе за то, чтобы все исправить. Теперь они знали, что именно не так, и это должно было помочь Ричарду исполнить должное: пресечь пророчества.
От нее не ускользнула ирония пророчества, что Ричард пресечет пророчества. В каком-то смысле это было заслуженное возмездие.
Важнейшим же было то, что изученное Ричардом уже приоткрыло тайну пророчеств.
Никки не только признала истиной изложенное в свитках, насколько она его понимала, но и была потрясена тем, что им открылось. Колдунья, Сестра Света, большую часть своей жизни провела во Дворце Пророков, посвященном пророчествам и обучению тех, кто обладал пророческим даром. Но все, что Никки там узнала и изучила, оказалось основанным на обмане и неверном понимании. Ричард, когда его доставили туда, снял первый покров, пролив на пророчества новый свет.