Бэннон держал меч поднятым.
— Но как уроки истории научат меня лучше владеть клинком?
Натан улыбнулся ему в ответ.
— Я мог бы поведать тебе рассказ о плохом фехтовальщике, которому отрубили голову. Это будет достаточно хорошим уроком?
Бэннон вытер лоб и сел на канатную бухту.
— Хорошо, я готов послушать эту историю.
Никки провела весь день на корме, в штурманской рубке капитана Илая. Капитан открыл сдвоенные окна чтобы впустить свежий бриз. Вид океана за ними позволял смотреть на завитки пенящегося следа, оставляемого «Идущим». Эта полоса напомнила Никки о широких имперских дорогах, которые Джегань строил по Древнему миру; но дороги Джеганя стояли и по сей день, в отличие от исчезающего следа от корабля.
— Я бы хотела изучить ваши схемы и карты, — сказала она капитану. — Как эмиссар лорда Рала, я должна знать границы Древнего мира, что установил Имперский Орден. Эти края сейчас являются частью Д'Хары.
Капитан Илай играл своей трубкой с длинным мундштуком, постукивая ей по твердой древесине картографического стола.
— Многие капитаны держат свои маршруты в тайне, поскольку самый быстрый переход — это деньги для торговца. Я когда-то хорошо знал течения, рифы и береговую линию. — Он по привычке втянул конец своей трубки, размышляя, но не зажигал ее в этой комнате с картами, опасаясь шальной искры. — Сейчас, полагаю, это уже не имеет значения.
— Я не составлю вам конкуренцию, капитан, — успокоила Никки. — Меня не интересует карта океана. Я хочу лишь знать береговую линию и внутренний ландшафт. Я и мой спутник ищем место под названием Кол Адэр.
— Никогда о таком не слышал. Должно быть, оно глубоко внутри страны, а любое место вдали от берега не имеет для меня большого значения. — Он почесал щеку. — Но я не хотел сказать, что считаю вас своим конкурентом. Я имел в виду, что нынешние карты не имеют значения, потому что все изменилось, понимаете ли. Теперь все стало по-другому. За последние два месяца течения сместились. Ветры, которые я так хорошо знал, теперь поменяли направление, будто смешались времена года. — Он издал протяжный стон. — И звезды ночью находятся не на своем месте. Как я должен ориентироваться? Мои астролябии и секстанты бесполезны. Карты созвездий не показывают привычные мне звезды. Милостивая Мать моря, я даже не уверен, верно ли указывает компас на север, поэтому прокладываю маршрут инстинктивно.
Никки отлично знала, что произошло.
— Это новый мир, капитан. Пророчества полностью исчезли. Магия изменилась так, что нам надо постигать ее заново. — Затем она обратила к нему взгляд своих ярко-голубых глаз и вдохнула влажный воздух, когда ветерок зашелестел бумагами на столе с картами. — Но кто-то должен стать первым в создании новых звездных карт, первым, кто отобразит сменившиеся течения, и первым, кто найдет лучшие места, где стоит бросить якорь. Вы можете стать одним из них, капитан.
— Это было бы замечательно… считать себя первопроходцем. — Капитан поскреб бороду. — Но мое стремление всегда заключалось в том, чтобы быть успешным капитаном грузового судна, идущего из порта в порт. У меня есть несколько семей, которые я кормлю, и много детей. Я вижу их достаточно редко, и хочу всегда прибыть к ним вовремя.
— Несколько семей? — Никки это удивило.
— Конечно. — Капитан Илай провел пальцами по темным волосам, приглаживая отливающие серебром пряди. — У меня есть жена и две дочери в Танимуре, младшая жена и трое сыновей на побережье Ларрикан, и очень красивая жена в Зерримунди, дочь владельца гавани.
— Знают ли эти семьи друг о друге? — спросила Никки. — Или это обычное явление среди морских капитанов?
— Я забочусь о каждой, куда бы ни отправился. У каждой жены прекрасный дом. Каждый из моих сыновей или дочерей в достатке, с едой, жильем и образованием. Большинство моряков и капитанов посещают бордели в каждом портовом городе, и я знаю многих капитанов, что цепляли какую-нибудь заразу и одаривали этим своих жен по возвращении домой. — Капитан Илай смотрел на бескрайнее море за кормой. — Нет, это не для меня. Я выбрал своих жен, и я им верен. Я честный человек.
Учитывая бесчисленное количество женщин, которых взял силой император Джегань, включая и саму Никки, и как он бросал ее и других женщин в солдатские палатки, чтобы те снова и снова их насиловали, — она не судила капитана Илая Корвина. Она никогда не испытывала склонности быть женой мужчины, или одной из жен, за исключением того времени, когда она заставила Ричарда Рала притворяться ее мужем. Никки тогда представляла себе идеальное существование, уверенная, что она сможет убедить Искателя принять философию Имперского Ордена. Это была непримиримая ложь, и Ричард, возможно, ненавидел ее за это.
Неосознанно, Никки потерла нижнюю губу, все еще представляя давно исцеленный шрам от золотого кольца Джеганя. Никки тогда не понимала, что ее больная мечта заставить Ричарда быть ее мужем была таким же заблуждением, как воображаемый идеальный мир Бэннона Фармера.
К счастью, теперь она — другой человек. Много времени прошло с тех пор, как она тайно была Сестрой Тьмы в течение многих лет, а затем порабощена Джеганем, сломана им, им же извращенно переделана, — пока ее окончательно не исправил Ричард. Теперь она понимала все совсем по-другому. Никки задолжала Ричарду больше, чем могла вернуть. И сейчас он дал ей цель.
— Позвольте все же взглянуть на ваши карты, — наконец сказала она, отгоняя воспоминания. — Чем больше я знаю о Древнем мире, тем больше я знаю в пользу лорда Рала.
Капитан Илай разложил бумаги на столе, сортируя их, пока не нашел ту, что показывала далекий берег к югу от Танимуры.
— Это наши основные остановки. Гавань Лефтон, Херимус, Андалийо, побережье Ларрикан, даже Зерримунди — у нас есть особое соглашение с хозяином гавани, благодаря моей жене. — Он мечтательно улыбнулся при мысли о ней.
Никки провела пальцами по краю карты, не видя признаков Кол Адэр.
— А что дальше, на юге? Эти схемы неполные.
— Никто не ходит дальше на юг без особой на то причины. Это Призрачный берег. Эти места малонаселены, хотя имперские дороги тянутся далеко вглубь этих земель. — Капитан Илай снова втянул свою незажженную трубку, затем отложил ее и вытер губы. — Кто знает, что думали древние императоры, когда строили эти дороги?
Никки хмуро смотрела на города, отмеченные на картах.
— Мне нужно убедиться, что все в Древнем мире знают об окончании войны и поражении императора Джеганя. Мы также просим вас помочь нам, капитан. После того, как мы покинем корабль, я оставлю вам письма, и при посещении вами портов они помогут распространить сообщение о лорде Рале. Все земли должны быть подчинены ему, хотя каждая страна может сохранить свою собственную культуру и управление, если люди не нарушат основные правила, установленные для всех.
— Отличный настрой, — сказал капитан, свертывая карты, — если бы все чувствовали то же самое. Но я сомневаюсь, что вы заставите их согласиться.
— В этом и есть суть нашей миссии. Мы должны будем заставить их это осознать, — сказала Никки со слабой, но уверенной улыбкой. — Я могу быть очень убедительна. А если этого будет недостаточно, тогда есть большая армия Д'Хары, чтобы помочь понять суть дела.
Она и капитан покинули штурманскую рубку, выйдя на верхнюю палубу, с которой могли понаблюдать за матросами, занимающимися своими повседневными обязанностями. Пятеро полуголых мужчин бездельничали, брезгуя работой и командой корабля. Они обратили свои высокомерные взгляды к Никки. Один обратился к ней:
— Поиграешь с нами? У нас найдется для тебя время.
— Ты можешь провести его сам с собой, пока мы не достигнем рифов, — ответил ему капитан Илай. — И я не думаю, что леди захочет с тобой играть.
— Сомневаюсь что они получат удовольствия, реши я позабавиться с ними, — сказала Никки твердым голосом.
Полуголые бездельники ответили отвратительным смехом, который чуть не вывел Никки из себя. Она повернулась к капитану.
— Почему они не работают, как остальные? Что это за бесполезные люди?
— Это ныряльщики за жемчужинами желаний. Они со мной уже три рейса — чрезвычайно выгодные рейсы. — Он кивнул в их сторону. — Сол, Элджин, Ром, Пелл и Буна. Хоть это и ленивые хамы, но заработают за день в десять раз больше стоимости своего пребывания на корабле, как только мы доберемся до рифов.