Никки посмотрела прищуренным взглядом.
— Мы здесь. И сейчас. Но нам нужно больше знать о Пьющем жизнь.
Беспокойные морщины появились на лице Натана.
— Не уверен, какую помощь могу предложить я, колдунья, по крайней мере, пока мы не доберемся до Кол Адэр.
Тистл сидела в пыли рядом с Никки, скрестив ноги, готовя свежих ящериц к ужину.
— Кол Адэр? Это далеко. — Девочка своим маленьким окровавленным ножиком сняла кожу с очередной ящерицы, насадила ее на палочку и передала Бэннону, чтобы тот мог поджарить ее на костре в яме. Немного привередливо, молодой человек опустил тушку к углям, и вскоре мясо стало пузыриться и шипеть. Бэннон вытирал ладонью рот, вращая палочку над очагом, чтобы ящерица не сгорела.
— Как быстро растет Шрам?
— За двадцать лет вымерла вся долина, и опустошение продолжает распространяться, — пояснила Луна. — Наша деревня — одна из последних на окраине.
— Шрам растет быстрее, когда Пьющий жизнь набирает могущество… а аппетит его неуемен, — добавил Маркус. — Я помню, когда начало погибать сердце долины: незадолго до того, как поженились мы с Луной. Но мы останемся здесь, ведь уже и так долго продержались.
Ночь молчала, но ветерок доносил пепельный воздух, подпорченный горечью. В разбросанных глиняных домах и более крупных каменных строениях вокруг городка, жители молча ели свой ужин на улице, держась раздельно друг друга. Верден-Спрингс впал в зловещую тишину, словно вызванную упоминанием имени Пьющего жизнь.
Луна выглядела грустной.
— Верден-Спрингс населяла тысяча человек, а теперь осталось меньше дюжины семей.
— Мы — двадцатка сильнейших, — настаивал Маркус. Было ясно, что они раньше уже спорили об этом.
— На другой стороне гор есть леса и сельхозугодья, — сказал Бэннон, — там достаточно места, чтобы поселиться вам всем и быть счастливыми.
— Это только отсрочит нашу судьбу, — возразил Маркус, упрямо нахмурившись. — Шрам распространяется, и рано или поздно Пьющий жизнь поглотит весь мир.
— Если кто-нибудь не остановит его, — сказала Никки с твердостью в голосе.
Тистл сохранила немного оптимизма:
— Я хочу остаться, пока эта земля вновь не станет плодородной и прекрасной, какой она была до того, как умерли мои родители. Я помню это… совсем немного.
— Ты была слишком юной, — сказал Маркус.
Храбрая девочка закончила свежевание самой маленькой ящерицы, которую готовила для себя. Она облизнула кровь с пальцев, оставив красные мазки по уголкам рта. Никки потянулась к ней, чтобы стереть пятна.
— Твое лицо все в пыли.
— У нас нет возможности помыться, — пояснил Маркус.
Хихикнув, Тистл облизала пальцы и размазала лицо слюной, немного оттерев пыль.
Путешественники дополнили трапезу, предложив сушеные фрукты и оставшуюся копченую рыбу со своих припасов. Копченая красноперка из Ренда-Бэй оказалась в диковину для девчушки, она поморщилась от ее вкуса и сказала, что предпочитает мясо своих ящериц.
Никки вернулась к разговору.
— Кто такой «Пьющий жизнь»? И как его можно победить? У него есть слабые места? — Возможно, это и была та причина, по которой путники оказались здесь. Она вспомнила слова ведьмы: колдунье суждено спасти мир.
Маркус растер каблуком пыль на земле.
— Мы не знаем всей истории. Мы всего лишь простые деревенские жители, пострадавшие от этой постоянно растущей порчи. Но знаем, что он был волшебником из Клифуолла, и что-то пошло ужасно плохо. — Мужчина откусывал последние кусочки мяса с жареной ящерицы, выбирая остатки, а после захрустел косточками, оценивая каждую по-отдельности. — Вот где вы найдете способ уничтожить его — если это еще можно сделать.
— А что такое Клифуолл? — спросил Натан.
— Огромный архив магических знаний. Мы думали, что это место на протяжении веков было лишь легендой, — сказала Луна.
Тистл вскочила с места.
— Это место действительно существует, я сама его видела!
— Ты не забредала так далеко, дитя, — упрекнул Маркус.
— Заходила! У меня заняло четыре дня ходьбы до плато, но я сделала это.
— Оно было скрыто со времен древних войн волшебников, — продолжила Луна, — но вновь появилось пятьдесят лет назад.
Волшебник поднял брови и посмотрел на Никки.
— Огромный архив? Похоже, что это место, мы, несмотря ни на что, должны исследовать. Вероятно, там можно отыскать что-нибудь, что помогло бы моему… положению, может даже до того, как мы доберемся до Кол Адэр. — Он погладил подбородок. — Как и происхождение Пьющего жизнь, разумеется.
Медово-карие глаза Тистл заискрились.
— Я могу отвести вас туда. Я видела это место своими глазами!
— Так, девочка… — Маркус бросил на нее гневный взгляд.
— Говорят, кто-то разрушил заклинание маскировки Клифуолла несколько десятилетий назад, — сказала Луна. — Его месторасположение все еще в тайне, но те таинственные люди, что охраняли его, пригласили нескольких ученых из городов в долине. Это произошло незадолго до того момента, как Шрам начал свое распространение и принялся уничтожать все города и фермы.
Поднялся одинокий бриз, принеся с собой еще больше пыли. Никки услышала крик охотящейся ночной птицы и какое-то шевеление в пустых домах. Неожиданно она заметила тени в темных переулках между заброшенными каменными строениями. Колдунья села прямо, тотчас насторожившись, пытаясь проникнуть в темноту своим взглядом.
Также в воздухе она ощутила магию — но не обычную ее вездесущую вибрацию, которой она всегда могла коснуться. После прибытия в Верден-Спрингс Никки почувствовала странные и тревожные нотки того, что сочилось из Шрама, но теперь это резко усилилось, словно поток тепла после внезапного открытия дверцы печки. В напряжении колдунья поднялась на ноги и отложила палочку с последними остатками жареной ящерицы в сторону. Отойдя от огня, она вышла на широкую, сухую улицу.
Прежде чем Маркус или Луна успели спросить ее, что случилось, ночь наполнилась криками.
Глава 38
Существа двигались в ночи в тихом шелесте пыли. Испуганные крики донеслись с одного из немногих населенных домов на окраине деревни. Там задумчиво сидели старик со старухой снаружи дома, возле небольшого костра.
Никки уже бежала в ту сторону, ее черное платье мелькало в темноте черной тенью. Еще один крик. Она приблизилась к костру, где сидела пожилая пара, и увидела множество силуэтов: седовласый мужчина и женщина боролись с окружившими их странными фигурами.
Освещенные слабыми всполохами костра напавшие на них существа выглядели изможденными и костлявыми. Недолго думая, Бэннон бросился вперед, извлекая Крепкий из ножен. Перед этим Никки увидела, что твари являли собой высушенные останки людей — их кожа ссохлась и приняла бурый цвет сушеного мяса.
Тистл нагнала Бэннона и Никки.
— Пыльные люди! Раньше они никогда не приходили в город.
Три сморщенных оживших трупа обступили пожилую пару, которая отчаянно пыталась отбиться. Оружия у стариков не было, в отличие от Никки. Колдунья протянула руку и выпустила свою магию. Удар ветра молотом подбросил одного из Пыльных людей в воздух, будто тот был набит соломой. Когда он врезался в кирпичную стену дома, его тело развалилось и рассыпалось, словно сухие ветки.
Старуха колотила своего нападавшего, сгребая ногтями высохшую плоть, но мумифицированная фигура охватила женщину руками. Сразу же сухая земля под их ногами преобразилась, становясь не более плотной, чем вспененная вода. Высушенное создание увлекало старуху вниз, в провал из пыли, пока оба не исчезли под землей.
Увидев, как исчезла его жена, старик стал отбиваться более отчаянно. Сильный удар его руки снес череп костлявого существа, но даже без головы тварь продолжала схватку. Земля под ногами старика превратилась в жижу, и он провалился в нее до колен, издав отчаянный вопль, потянувшись в попытке за что-либо ухватиться.