— Я — морд-сит. Я должна защищать магистра Рала.
— Я больше не магистр Рал, — прошептал Ричард.
Она окинула взглядом огромные черные каменные столбы у входа. За ними, как статуи из черного камня, застыли скрины, стражи границы между мирами. Застыли только для глаз Кары, не для его глаз. У лап их валялись кости.
— Магистр Рал, что это за место?
— Ты не можешь войти туда, Кара.
— Почему?
Ричард повернулся и посмотрел на дорогу, по которой пришел. На все, что оставлял позади. На пустоту.
— Потому что это — зал Предателя.
Ричард поглядел на скринов, у лап которых валялись кости волшебников.
Ричард хорошо помнил сообщение, которое сильфида передала ему от волшебника Рикера: «левый страж — в». Теперь он понял, что это значит.
Сжав кулак, он поднял левую руку к правому скрину. Одна из ловушек Рикера.
Браслет нагрелся. Кожа защищала руку от мощи, сосредоточенной в кольцах. Пальцы окутались зеленым маревом. Скрин, на которого была направлена магия, окутался таким же маревом и застыл, позволяя Ричарду войти.
Ричард посмотрел на левого стража и произнес его имя — гортанный звук, на который скрин сразу откликнулся. Черный камень зашевелился, и скрин подошел к хозяину, ожидая приказов.
Ричард снова назвал его имя и показал на Кару.
— Она не принадлежит этому месту. Верни ее в мир жизни. Не причиняй ей вреда. Потом возвращайся на пост.
Скрин подхватил Кару.
— Магистр Рал! Когда вы вернетесь домой?
Ричард пристально поглядел в ее синие глаза.
— Я дома.
Сверкнула вспышка, раздался негромкий хлопок, и скрин исчез вместе с Карой.
Ричард повернулся к храму. Четыре ветра и провидец смотрели на него со стены. Ричард пробежал глазами золотые руны по обе стороны входа: сообщения и предупреждения, написанные волшебниками прошлого.
Здесь не было ветра, но плащ Ричарда взметнулся у него за спиной, подхваченный потоками магии, когда он шагнул в зал Предателя.
Кэлен инстинктивно выставила перед собой руку, когда прямо перед ней ударила молния. Кара упала на землю прямо из воздуха, но сразу вскочила и, бросившись к Кэлен, схватила ее за плечи:
— Что ты наделала!
Кэлен не могла говорить. Она молча смотрела в землю.
— Мать-Исповедница, что ты наделала? Я все исправила, как надо. Что ты с ним сделала?
Кэлен подняла голову.
— Исправила?
— Я дала клятву. Мы сестры по эйджилу. Я поклялась тебе, что не допущу, чтобы Надина была с Ричардом, разве не так?
Кэлен разинула рот в изумлении.
— Кара, что ты сделала?
— То, что тебе было нужно! Я говорила то, что диктовали мне ветры, но когда я повела тебя и Надину к зданиям, то поменяла вас. Я отвела Надину к Дрефану, а тебя — к магистру Ралу. Я хотела, чтобы ты была с человеком, которого истинно любишь. Разве ты не доверяла мне? Разве ты не верила моей клятве?
Кэлен упала в объятия Кары.
— О, Кара, прости. Я должна была верить в тебя! Добрые духи, я должна была верить!
— Магистр Рал сказал, что он входит в зал Предателя. Я спросила, когда он вернется домой. А он ответил, что он дома. Он не вернется! Что ты наделала!
— Зал Предателя… — Кэлен была сокрушена. — Я исполнила пророчество. Я помогла Ричарду войти в Храм Ветров. Я помогла ему остановить чуму. И сделав это, я уничтожила его. Сделав это, я уничтожила себя.
— Ты сделала больше, — прошептала Кара.
— Что ты имеешь в виду?
Кара сжала в кулаке эйджил.
— Мой эйджил. Он потерял свою силу. Магия морд-сит работает, только когда есть узы с магистром Ралом. Он служит для того, чтобы защищать магистра Рала. Без магистра Рала нет уз. Я потеряла свою магию.
— Теперь я — магистр Рал, — сказал Дрефан, который стоял за спиной у Кэлен.
Кара засмеялась.
— Ты не магистр Рал. У тебя нет дара.
Дрефан спокойно выдержал ее взгляд.
— Я — единственный магистр Рал, который у вас теперь есть. Кто-то должен скрепить Д’Харианскую империю.
Кэлен выпрямилась.
— Я Мать-Исповедница. Я скреплю этот союз.
— Ты, моя дорогая, тоже утратила свою силу. Ты больше не Мать-Исповедница. — Он больно схватил Кэлен за руку. — Ты моя жена и будешь делать то, что я скажу. Ты поклялась повиноваться мне.
Кара бросилась к нему. Ударом в лицо Дрефан сбил ее с ног.
— И ты, Кара, теперь беззубая змея. Если ты хочешь жить, то советую тебе меня слушаться. Пока только мы с тобой знаем, что у тебя больше нет эйджила. Веди себя как прежде. Защищай меня как магистра Рала.
Кара встала и стерла кровь с разбитых губ.
— Ты не магистр Рал.
— Нет? — Он вынул Меч Истины, меч Ричарда, и снова опустил его в ножны. — Ладно, теперь я — Искатель.
— Ты и не Искатель, — прорычала Кэлен. — Ричард — Искатель.
— Ричард? Нет больше никакого Ричарда. Теперь я магистр Рал и Искатель. — Дрефан притянул Кэлен к себе. Его глаза Даркена Рала горели. — И ты — моя жена. По крайней мере станешь ею, как только мы полностью осуществим наш брак. Но сейчас неподходящее время и место. Нам пора возвращаться. Есть работа, которую надо сделать.
— Никогда. Если ты коснешься меня, я перережу тебе горло.
— Ты дала клятву перед лицом духов. Ты будешь ее держать. — Дрефан улыбнулся. — Ты шлюха. Ты будешь наслаждаться этим. Я хочу, чтобы ты получила удовольствие. Я действительно этого хочу.
— Как ты смеешь так меня называть? Я не шлюха!
Его улыбка стала шире.
— Правда? Тогда как же ты предала Ричарда? Почему он ушел и даже не оглянулся? Наверное, ты наслаждалась, когда думала, что он — это я. И Ричард понял, что ты обычная шлюха. Но когда это действительно буду я, ты тоже получишь удовольствие. Мне нравится, когда женщина его получает.
Глава 60
Верна осторожно толкнула Уоррена.
— Проснись. Кто-то идет.
Уоррен поднял голову.
— Я проснулся.
Верна поглядела на другие окна, чтобы удостовериться, что мертвые стражники стоят, как будто несут караул.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.
— Лучше. Даже, пожалуй, совсем хорошо.
Совсем недавно он был без сознания. Головные боли, вызванные даром, накатывались опять и опять. Верна не знала, что делать. Она не знала, как долго это будет продолжаться, прежде чем дар Уоррена убьет его. Единственный выход она видела в том, чтобы придерживаться своего плана. А Уоррен сказал, что у него есть надежда выжить, только если он будет с нею.
Из окна она видела, как по дороге приближаются две темные фигуры. Вдалеке на холмах мерцали тысячи походных костров, и казалось, что земля отражает звездное небо.
Верна вздрогнула, подумав о мерзавцах, которые сейчас греются у этих костров. Чем скорее они уберутся отсюда, тем лучше. Хорошо хоть не пришлось снова подниматься в цитадель Джеганя. Она надеялась, что темные фигуры на дороге — это Жанет и Амелия.
Верна боялась даже думать о том, в каком состоянии будет Амелия. Исцеление требует времени, а уже скоро рассвет. Верна надеялась, что Жанет уже рассказала Амелии о присяге Ричарду, чтобы не пришлось тратить время еще и на это. Как только Амелия произнесет слова посвящения, сноходец будет над ней не властен. Тогда можно будет уходить.
Верна очень хотела спасти остальных сестер, но понимала, что эта попытка наверняка кончится неудачей. В свое время она это сделает — а сейчас важнее было освободить Жанет и Амелию, чтобы узнать побольше о Джегане, о его армии, о тех, кто ему служит, и обо всем остальном.
Шаг за шагом, напомнила она себе. Осторожность и знания — залог успеха.
В дверь постучали. Верна открыла дверь, а Уоррен, изображая стражника, выглянул наружу и велел пришедшим назвать себя.
— Две рабыни его превосходительства, сестра Жанет и сестра Амелия.
Верна открыла дверь шире и втянула обеих в будку.
— Хвала Создателю, — сказала она со вздохом облегчения. — Я уж думала, вы никогда не придете.
Обе сестры стояли, дрожа как испуганные кролики. Лицо Амелии было все в синяках и порезах.