Вернулась Ниссел с подносом тавы с медом и мятой. Улыбнувшись Зедду, она предоставила Энн снять три горячие чашки чая, которые она тоже принесла. Ниссел поставила поднос на пол перед матрасами и уселась на тот, на котором прежде лежал Зедд. Энн подала знахарке чашку и пристроилась на свернутом одеяле в голове второго матраса.
— Иди сядь и поешь немного тавы с медом, прежде чем тронешься в путь, — похлопала Ниссел подле себя по матрасу.
Зедд, размышляя о серьезных вещах, с едва заметной улыбкой опустился с ней рядом. Знахарка почувствовала его смурное настроение и молча приподняла поднос, предлагая таву. Зедд, видя, что она понимает его озабоченность, хоть и не знает причины, благодарно обнял ее рукой за плечи и взял кусок тавы.
— Жаль, что нам ничего не известно об этой книге, что упомянул Ричард. «Близнец Горы». — Зедд слизнул мед с хрустящей корочки. — И хотелось бы мне знать, что он сам о ней знает.
— Похоже, ничего. Верна сообщила лишь, что книга уничтожена.
Об этом Энн знала еще до того, как Ричард спросил. Она предложила спросить при помощи путевого журнала, хотя магия последнего уже исчезла, лишь для того, чтобы скрыть от Ричарда истинное положение дел.
— Жаль, что я не видел книгу до того, как ее уничтожили.
Энн некоторое время жевала, а потом спросила:
— Зедд, а что, если мы не сможем их остановить? Наша магия уже начинает сдавать. И вскоре исчезнет вовсе. Как мы остановим шимов без волшебства?
Зедд слизнул мед с губы.
— Я по-прежнему считаю, что ответ можно найти там, где шимы были зарыты, где-то в Тоскле. Или как там она нынче называется. Возможно, мне удастся отыскать там книги. Книги по истории или культуре страны. Не исключено, что там имеются нужные мне ключи.
Зедд слабел с каждым днем. Исчезающая магия словно высасывала из него жизнь. Путешествие будет долгим и трудным. И у Энн — те же заботы.
Ниссел прижалась к нему, радуясь тому, что может просто побыть рядом с кем-то, кто интересуется ею как женщиной, а не нуждается в ее лечении. Лечение ему не поможет. Она действительно нравится ему. А еще он сочувствовал ей, женщине, которую большинство людей не понимает. Трудно быть непохожей на других.
— У тебя есть хоть какие-то предположения, как можно изгнать шимов из этого мира? — жуя, поинтересовалась Энн.
Зедд разломил кусок тавы пополам.
— Только те, что мы уже обсуждали. Если Ричард останется в замке, то, не имея возможности добраться до него, шимы вполне могут отправиться обратно в Подземный мир и без нашей помощи. Я понимаю, что надежда на это весьма слабая, но мне всего-то надо отыскать способ загнать их на место, если понадобится. А ты? Есть идеи?
— Ни одной.
— И ты по-прежнему хочешь попытаться вытащить из лап Джегана своих сестер Света?
Энн отшвырнула корешок.
— Магия Джегана исчезнет точно так же, как и остальное волшебство. И сноходец потеряет свою власть над сестрами. Нынешняя ситуация предоставляет мне возможность. И я должна ею воспользоваться.
— Да, но у Джегана все равно в распоряжении остается огромная армия. Для человека, столь часто критикующего мои планы, ты не более изобретательна в смысле тактики, чем я.
— Награда вполне оправдает риск, — возразила Энн. — Ни за что бы не призналась… Но, раз уж наши пути расходятся, скажу. Ты очень умный человек, Зеддикус З’ул Зорандер. И я буду скучать без твоей беспокойной персоны. Твои хитроумные затеи не единожды спасали наши шкуры. Я восхищаюсь твоей стойкостью и понимаю, откуда она у Ричарда.
— Правда? Ну и все равно мне не нравится твой план. И никакая лесть этого не изменит.
Энн лишь улыбнулась.
Ее план был слишком примитивным, но Зедд понимал аббатису. Спасти сестер Света необходимо, и не только потому, что они пленницы жестоких врагов. Если шимов изгонят, то Джеган снова сможет управлять колдуньями и, соответственно, их силой.
— Энн, страх может быть могучим господином. Если некоторые сестры Света не поверят твоим словам, что они могут бежать, ты не имеешь права позволить им оставаться угрозой, хоть и невольной, для нас.
Энн искоса глянула на него.
— Знаю.
Он просил ее либо спасти их, либо убить.
— Зедд, — мягко, с состраданием произнесла она, — я не хочу об этом говорить, но если то, что сделала Кэлен…
— Знаю.
Призвав шимов, Кэлен прибегла к их помощи, чтобы спасти Ричарду жизнь. Но всему есть своя цена. В обмен на возможность удержать Ричарда в мире живых до тех пор, пока он не поправится, Кэлен невольно лишила шимов единственного, что им необходимо, чтобы тоже остаться в мире живых.
Души. Души Ричарда.
Но в замке он будет в безопасности. Место, где их призвали, спасительное убежище для того, по чью душу они пришли.
Зедд поднес половинку тавы к губам Ниссел. Та, улыбнувшись, откусила солидный кусок. А затем дала ему откусить от своего куска, предварительно коснувшись им кончика его носа. Дурачество пожилой знахарки, измазавшей ему как маленькая девочка, кончик носа медом, вызвало у волшебника смешок.
— А что было потом с этим твоим котом, Шнырком? — спросила наконец Энн.
Зедд нахмурился, пытаясь вспомнить.
— По правде говоря, не помню. Тогда только началась война с Д’Харой, развязанная другим дедом Ричарда, Панизом Ралом. Жизнь тысяч людей оказалась под угрозой. Меня еще только должны были назначить Волшебником первого ранга. Эрилин была беременна.
Наверное, во всей этой кутерьме мы его просто где-то потеряли. В замке полно мест, где водятся мыши. Думаю, котишка счел шныряние там более привлекательным, чем жизнь подле двух занятых людей. — Зедд сглотнул от боли воспоминаний. — Когда я переехал в Вестландию и родился Ричард, у меня всегда в память об Эрилин и родном доме жил кот.
Энн мягко улыбнулась.
— Надеюсь, ты не называл своих котов Шнырками и у Ричарда не возникнет внезапной ассоциации.
— Нет, — прошептал Зедд. — Никогда не называл.
Глава 15
— Несун! — заорал мастер Драммонд.
Несан сжал губы, безуспешно, как он понимал, стараясь не покраснеть. Вежливо улыбаясь, он пробежал мимо ухмылявшихся женщин.
— Да, господин?
— Принеси еще яблоневых поленьев, — махнул рукой мастер Драммонд в сторону черного хода.
Несан, поклонившись и произнеся «слушаюсь, господин», помчался за дровами. Хотя на кухне витали божественные ароматы — от разогретого масла, лука и специй до аппетитного запаха жареного мяса, — он был только рад убраться подальше от грязных котлов. От их постоянной чистки и отскабливания у него болели пальцы. А еще он радовался, что мастер Драммонд не велел принести и дубовых поленьев.
Направляясь рысцой под теплыми солнечными лучами к поленнице, он снова задумался над тем, зачем министру Шанбору могла понадобиться Беата. Она, впрочем, сама-то была несказанно этому рада. Похоже, все женщины приходят в экстаз, когда им представляется возможность увидеть министра.
Несан же ровным счетом ничего особенного в этом мужчине не видел. В конце концов, у него же седина в волосах, он старик. Несан не мог себе даже вообразить себя настолько старым, чтобы стать седым. От одной только мысли об этом он кривился от отвращения.
Когда он добежал до поленницы, что-то привлекло его внимание. Он сложил ладонь козырьком, чтобы защитить глаза от солнца, и огляделся по сторонам. Сначала он подумал, что приехал очередной поставщик, но это оказался Броуни, все еще стоявший с повозкой мясника.
Несан все это время был занят делами на кухне и думал, что Беата уже уехала. В доме имелось много других выходов, и он никак не узнал бы, уехала она или нет. А потому предположил, что Беата давно ушла.
Прошло ведь не меньше часа, как она поднялась наверх. Министр Шанбор, наверное, хотел передать с ней послание мяснику. Какой-нибудь особый заказ для гостей. Наверняка он уже давно ее отпустил.