* * *
А в зоне Залива друг другу противостояли внушительные силы. К завершению «паузы доброй воли» антииракская коалиция насчитывала 28 государств, к концу войны – 37. В нее входили северо-американские, европейские, арабские, африканские, латино-американские, тихо-океанские и страны из различных регионов Азии, причем не только мусульманские. Степень и характер их участия в МНС были, понятно, очень различны. Более чем на две трети многонациональные силы состояли из военнослужащих США (в общей сложности, включая морские силы их было свыше полумиллиона человек), совокупный вклад остальных участников коалиции – 205 тысяч человек (Великобритания – 43 тысячи, Франция – 16 тысяч, Египет – 40 тысяч, Сирия – 15 тысяч, Кувейт – 7 тысяч, остальные страны Залива – 10 тысяч, Марокко – 1.3 тысячи человек и т.д.).14 Канада участвовала 3 военными кораблями и 1 эскадрильей; Аргентина – 2 кораблями; Чехословакия – частями химической защиты; Швеция – полевым госпиталем; Венгрия, Филиппины, Сьерра-Леоне и Сингапур – военно-медицинским персоналом. Участниками МНС в различных формах (в основном боевыми подразделениями, самолетами и кораблями) были также Австралия, Новая Зеландия, Италия, Испания, Бельгия, Голландия, Дания, Греция, Норвегия, Пакистан, Южная Корея, Бангладеш, Сенегал, Нигер, Польша, Румыния. В финансовом обеспечении МНС весомо участвовали Япония и Германия (каждая дала по несколько миллиардов долларов). В зоне Персидского залива коалиция сконцентрировала до 180 боевых кораблей, включая 6 американских авианосных соединений, около 1800 самолетов, 3000 танков и 2800 орудий.
Им противостояли вооруженные силы Ирака, включавшие в себя регулярные войска (750 тысяч человек), резервистов (480 тысяч человек), так называемую народную армию, насчитывавшую, как утверждалось, до 5 миллионов человек, а также 5.5 тысяч танков, 3.5 тысячи орудий, около 600 самолетов и вертолетов, несколько сотен ракет различных типов. Иракская группировка в Кувейте и прилегающих южных районах Ирака насчитывала до 500 тысяч человек, 4 тысячи танков и 2.7 тысячи орудий.
«Мать всех сражений», – как с подачи руководства страны иракская пропаганда заранее окрестила будущее военное столкновение, и на самом деле обещало быть нешуточным.
Глава VII «БУРЯ В ПУСТЫНЕ» БЕРЕТ СТАРТ
МИД получает нового министра
16 января 1991 года МИД СССР обрел нового руководителя. Им стал Александр Александрович Бессмертных, бывший до этого послом в США, а еще раньше первым заместителем министра иностранных дел. Выбор был удачен в том смысле, что у мидовского руля вставал высокопрофессиональный дипломат, обладавший к тому же солидным опытом административной работы, отлично знающий мидовскую машину и людей, американист по своей основной специализации, человек, который и сам знал хорошо США и которого там знали, причем в позитивном плане, что по тогдашним сложным для СССР временам тоже было существенно.
М.С. Горбачев представил нам нового министра в тот же день на заседании коллегии. При этом президентом были сказаны все подобающие добрые слова в адрес присутствовавшего на этой церемонии Э.А. Шеварднадзе.
С А.А. Бессмертных я был давно и неплохо знаком, поскольку в свое время около полутора десятков лет занимался Соединенными Штатами в центральном аппарате МИДа, а потом и работал в США. Поэтому взаимной притирки нам не требовалось, к тому же круг вопросов, которым я теперь занимался, ему тоже был хорошо известен и по работе в Вашингтоне, и раньше в МИДе. Поначалу Александр Александрович, естественно, был весьма осторожен, но освоившись со своим новым положением, стал действовать смелее, хотя той самостоятельности и того влияния и авторитета, которые были у Шеварднадзе, обрести ему было не суждено (на посту министра он пробыл всего несколько месяцев). Кроме того с уходом Шеварднадзе заметно выросло влияние Е.М. Примакова, который в вопросах ближневосточной политики стал играть очень крупную роль, иногда, как мне казалось, даже ведущую, с чем Бессмертных приходилось считаться, особенно в первый период его министерской деятельности.