Но дело было даже не столько в отстававшей от жизни позиции иракского представителя при ООН, хотя и она основательно выбивала почву из-под наших стараний в Совете Безопасности прекратить огонь. Главным препятствием явилось выступление 26 февраля по багдадскому радио самого Саддама Хусейна. Джордж Буш назвал это заявление «возмутительным». Приведу для ясности лишь один пассаж из речи арабского лидера: «О доблестные иракские мужчины, о славные иракские женщины! Кувейт есть часть вашей страны, отторгнутая от нее в прошлом. Обстоятельства сегодня повелели так, что Кувейт останется в том состоянии, в каком он останется после вывода наших сражающихся сил из него… Иракцы будут помнить и не забудут, что 8 августа 1990 года Кувейт стал частью Ирака законно, конституционно и фактически… Каждый должен помнить, что ворота Константинополя открылись перед штурмующими мусульманами не с первой попытки…»3
Как видит читатель, там не было и намека на отказ Багдада от притязаний на Кувейт. По существу утверждалось обратное: дайте, мол, только срок, и Кувейт снова будет иракским, как когда-то христианский Константинополь пал в конце концов под ударами турок. Это заявление и общий задиристый тон речи – там ситуация подавалась как победная для Ирака, а иракцы призывались праздновать победу над коалицией из тридцати государств, дали президенту США повод заявить, что коалиция будет продолжать осуществлять военные действия с прежней интенсивностью.
Поскольку обстановка в Совете Безопасности вокруг прекращения огня складывалась тупиковая, Москва через посла СССР в Багдаде честно проинформировала о ней иракское руководство. Но нужных решений оно опять не приняло. Там предпочли пойти лишь на частичную подвижку. В ночь с 26 на 27 февраля Азиз и Хаммади попросили наше посольство передать иракскому постпреду при ООН письмо Азиза на имя Генерального секретаря ООН и председателя Совета Безопасности (им в феврале был представитель Зимбабве), где говорилось, что полный вывод иракских войск из Кувейта будет завершен в течение нескольких часов и что Ирак согласен наряду с резолюцией 660 выполнить еще две резолюции СБ – 662 и 674, но при условии принятия Советом резолюции о немедленном прекращении огня и признания утратившими силу свои резолюции 661, 665 и 670. Одновременно поступило обращение Саддама Хусейна к президенту СССР с просьбой предпринять самые энергичные меры для прекращения огня. При этом отмечалось, что решение об упомянутом признании Ираком резолюций Совета Безопасности принято, в том числе, и в «знак уважения к Советскому Союзу», его усилиям по восстановлению мира. Такая констатация, конечно, была приятным контрастом по сравнению с полугодом критики со стороны Багдада линии Советского Союза в кувейтском кризисе. К сожалению, конъюнктурность этого реверанса не вызывала сомнений.
Откликаясь на просьбу Багдада, его обращение к Генсекретарю ООН и председателю СБ было передано адресатам через постпреда Ирака со всей возможной быстротой, но, как и следовало ожидать, это новое обращение эффекта не возымело. Попытка Багдада торговаться с Советом, ставить ему условия была решительно отклонена. Председатель Совета вновь попросил СССР сообщить Багдаду, что требуется безоговорочное признание им всех без исключения 12 резолюций СБ. Это мы и сделали, испытывая понятную досаду по поводу того, что каждый час промедления увеличивает масштабы поражения Ирака. На третьи сутки после начала операции уже нельзя было больше говорить об оганизованном сопротивлении иракских вооруженных сил. Оно рухнуло по всему фронту. МНС стали полным хозяином положения, причем американские войска уже заняли примерно 15 процентов иракской территории.
Видимо уяснив, что деваться некуда, что война проиграна и что продолжение союзниками наступательных операций может привести иракский режим к полному краху, Багдад подчинился требованиям Совета Безопасности. Вечером 27 февраля постпред Ирака Анбари передал председателю Совета Безопасности новое письмо Т. Азиза. В нем было сказано: «Имею честь официально информировать Вас, что правительство Ирака согласно полностью выполнить резолюцию Совета Безопасности ООН 660 и все последующие резолюции Совета». Министр просил информировать об этом членов СБ и распространить письмо в качестве официального документа Совета Безопасности.4
В Москве была ночь (с 27 на 28 февраля), когда Дж. Бейкер позвонил А.А.Бессмерных и сообщил, что с учетом согласия Ирака выполнить все резолюции Совета Безопасности и состоявшегося освобождения Кувейта многонациональные силы прекращают с 8 часов утра по иракскому времени военные действия против Ирака.