До принятия резолюции оставались считанные дни.
Мои переговоры в Катаре, ОАЭ и Бахрейне
Из арабских стран Залива помимо Саудовской Аравии я планировал посетить Катар и Объединенные Арабские Эмираты. Бахрейн добавился уже в ходе поездки по его инициативе и благодаря любезности правительства ОАЭ, предоставившего для этой цели свой самолет (кстати, это еще один из показателей резко возросшего интереса стран Залива к СССР, в котором – и это было одним из следствий кувейтского кризиса – как-то сразу увидели ценного партнера, с которым надо непременно иметь политические и иные отношения). Что касается Омана, то наносить визит в эту страну я не собирался, так как туда по иным делам в это же время отправился член Президентского совета академик Ю.А.Осипьян, которого мы попросили проговорить заодно и интересующие нас вопросы.
Все три страны Залива, которые я посетил, территориально находились близко друг от друга и имели между собой очень много общего и с точки зрения истории, и в плане их современного состояния. Все они получили независимость в 1971 году, когда Великобритания вынужденно сворачивала свое присутствие в Заливе; все стали по государственному строю абсолютными монархиями (без политических партий, парламентов, выборов и других привычных нам институтов современной демократии); благополучие каждой из этих стран зиждется на нефти (самой первой арабской страной, где была открыта нефть, стал в 1931 году Бахрейн, но промышленная эксплуатация нефтяных и газовых месторождений началась лишь в конце 40-х годов); каждая из стран сумела за четыре десятка лет поднять себя из вековой отсталости до весьма высокой степени экономического и социального развития. Если в еще совсем недалеком прошлом основным занятием населения было оазисное земледелие, разведение верблюдов, рыболовство и добыча жемчуга, то теперь это – урбанизированные страны с ультрасовременной архитектурой, развитой транспортной системой, мощными морскими терминалами и быстро развивающейся промышленностью – нефтехимической, алюминиевой, строительной, цементной, судостроительной и иной. И проблемы у них тоже примерно одного порядка – быстрый рост иммиграции (в ОАЭ иммигранты из Ирана, Индии, Пакистана, арабских стран составляют 80 процентов населения, в других странах – тоже значительно больше половины), нехватка питьевой воды (приходится опреснять морскую), большая зависимость от импорта продовольствия.
То, что я увидел в странах Залива, не могло не произвести впечатления, начиная со столицы Катара Дохи, куда мы прибыли 19 ноября. Примерно 75 процентов населения страны сконцентрировалось в столице, причем во всем городе не было зданий старше 15 лет. Все блистало чистотой, ухоженностью, новизной и разнообразием (типового строительства, как мне показалось, в странах Залива просто не существует). Это же примерно можно сказать и о столице Бахрейна Манаме, хотя там доход на душу населения был почти в два раза ниже, чем в Катаре (но и населения было побольше). Самый же высокий показатель дохода был в то время в ОАЭ – около 20 тысяч долларов США на человека.
Конечно, заезжий дипломат, как я, останавливаясь в отличных отелях, посещая дворцы правителей, местные МИДы и составляя впечатление о городе из окна автомобиля, видит только лицевую сторону жизни, а не ее изнанку. Но и лицевая сторона тоже способна сказать о многом. Нефтяные деньги, ведь, тоже можно тратить по-разному. Здесь их расходовали с размахом, но по-умному, то есть на дело и задумываясь о том времени, когда нефтяные ресурсы начнут мало-помалу иссякать.
Руководители стран Залива, с кем мне довелось встретиться и беседовать, показались мне людьми сведующими и вполне современными, несмотря на их традиционное аравийское одеяние и непременные и тоже традиционные головные уборы, в которых они оставались даже в помещениях.
Перечислю тех, кто меня принимал: в Дохе – эмир Катара шейх Халифа Бен Хамад Аль-Тани, наследный принц шейх Хамад Бен Халифа Аль-Тани, министр иностранных дел Мубарак Аль-Хатер; в ОАЭ – президент ОАЭ шейх Заид Бен Султан Аль-Нахайян, зам премьер-министра шейх Султан Бен Заид Аль-Нахайян, министр иностранных дел Рашед Абдалла, госминистр по иностранным делам шейх Хамдан Бен Заид Аль-Нахайян; в Бахрейне – и.о. главы государства наследный принц шейх Хамад Бен Иса Аль-Халифа и министр иностранных дел Мухаммед Бен Мубарак Аль-Халифа.