Открывая встречу, Эдуард Амвросиевич выделил следующие моменты:
ѕ Встреча происходит в очень ответственное время, когда предстоят крупные решения, от которых многое будет зависеть, в первую очередь, для Ирака. Кризис в Персидском заливе стал проблемой номер один для всех. Обстановка для Ирака ухудшается и становится очень опасной.
ѕ Принято решение созвать Совет Безопасности. Большинство склоняется к тому, чтобы принять еще одну резолюцию – на этот раз завершающую и последнюю. В ней будет даваться санкция на применение против Ирака силы, если он не выполнит предыдущие резолюции.
ѕ Есть два варианта: или принудительные военные действия будут применяться на основании упомянутой резолюции СБ, или США и другие участники МНС будут действовать по своему усмотрению на основании статьи 51 Устава. Мы считаем предпочтительным первый вариант.
ѕ СССР поддержит резолюцию. Уклонение Багдада от выполнения резолюций, за которые мы голосовали, не дает альтернативы, но мы можем влиять на конкретные ее формулировки.
ѕ Мирное решение может быть найдено только в плоскости размена ухода Ирака из Кувейта на отвод войск США и других участников коалиции. Мы знаем, что последнее реально.
ѕ Следует учитывать такое обстоятельство, как фактор времени: США и их союзники по коалиции не могут и не станут долго ждать.
ѕ Нам известны военные возможности Ирака и противостоящих ему сил. Убеждены, что война станет для Ирака катастрофой.
ѕ Мы кровно заинтересованы иметь в лице Ирака сильного партнера с высоким потенциалом. Возможность сохранения этого потенциала существует. Но для этого от Багдада требуется смелое решение – быстро и безоговорочно уйти из Кувейта, что в интересах самого Ирака и в общеарабских интересах. Считаем, что С. Хусейн должен проявить мудрость и ответственность в этот переломный момент.
Реакция Тарика Азиза выглядела так:
ѕ До 2 августа Ираку угрожали Израиль, США, другие западные страны, особенно Англия. Действия Кувейта должны были привести к экономическому краху Ирака. Если бы не случились события 2 августа, сейчас Ирак находился бы в худшем положении.
ѕ Мы претендовали на Кувейт 70 лет. У нас есть на него все права и доказательства этих прав. К тому же Кувейт вел против нас заговорщическую деятельность.
ѕ Согласны, что ситуация опасна и затрагивает интересы многих. Тогда почему бы не работать над ней комплексно, как было предложено в инициативе С.Хусейна от 12 августа?! Мы не видим другого выхода, кроме комплексного урегулирования. Мы ожидаем от СССР, Китая, европейских стран работы над инициативой от 12 августа. Частичные решения для Ирака неприемлемы.
ѕ Резолюции СБ несправедливы и угнетают Ирак. Они только подталкивают нас к упорству. Новой резолюции мы не боимся, как не боялись предыдущих.
ѕ Саддам Хусейн полностью информирован о положении.
ѕ Война будет разрушительная и страшная. Но, видимо, это наша судьба – воевать.
Дальнейшая дискуссия шла кругами. Шеварднадзе делал все, чтобы убедить собеседника скорректировать позицию, показывал всю искусственность делаемой Багдадом увязки кувейтской проблемы с палестинской, тупиковый характер такого подхода. А в ответ слышал от Азиза, что нет другого ключа к проблемам, кроме палестинского; что проблема не в Кувейте, а в том, что Израиль хочет уничтожить существующий в Ираке режим; что если США ударят по Ираку, то Ирак ударит по Израилю и так свяжет воедино все вопросы; что Ирак не испугали 10 резолюций СБ, не испугает и одиннадцатая; что к военной альтернативе Ирак готов и т.д.
Во время перерыва, который возник из-за того, что нашему министру звонил Горбачев, я отозвал Тарика Азиза в другой зал (переговоры проходили в мидовском особняке) и, усадив его на диван, попытался поговорить с ним с глазу на глаз, надеясь, что, может быть, в сугубо личном разговоре он хоть чуть-чуть поведет себя иначе, проявит хоть проблеск реализма и гибкости. Однако Азиз заговорил еще более воинственно, чем даже за столом официальных переговоров, к которому мы через какое-то время и вернулись.
С советской стороны остро и принципиально был поставлен вопрос о наших специалистах в Ираке. То, что происходит в Ираке с советскими гражданами, заявил Шеварднадзе, противоречит всем принципам, на которых до сих пор строились советско-иракские отношения. Идет самая настоящая торговля людьми. Иракская сторона устанавливает квоты на выезд из страны советских граждан, что недопустимо в принципе. Они – свободные люди, и каждый вправе уехать, если хочет, вправе прекратить контракт из-за возникших по вине Ирака форс-мажорных обстоятельств. Практикуемые Багдадом дискриминационные порядки в отношении граждан СССР унизительны для наших людей. За месяц из страны выпущено всего 360 человек. Самолеты, которые СССР направляет в Ирак за нашими гражданами, возвращаются пустыми. Люди же страдают и тут и там.