Э.А. Шеварднадзе в Нью-Йорке
Значительная часть событий, связанных с кувейтским кризисом, происходила в сентябре в Нью-Йорке. Сентябрь 1990 года примечателен, в частности, тем, что на этот месяц пришлось председательствование Советского Союза в Совете Безопасности. Сразу же вспомнилось, что первый раз председательствовать в Совете Безопасности мне лично довелось тоже в сентябре (это было в 1986 году). И вот теперь сменивший меня в качестве постпреда СССР при ООН Юлий Михайлович Воронцов заступил тоже впервые на пост председателя СБ.
В сентябре Совет Безопасности, в повестке дня которого продолжал доминировать кувейтский кризис, принял в связи с ним четыре резолюции. Первая (резолюция 666 от 13 сентября), одобренная 13 голосами против 2 (Куба, Йемен), касалась расширения полномочий Комитета по санкциям в вопросах доставки в Кувейт и Ирак продовольственной гуманитарной помощи (этот вопрос, как помнит читатель, фигурировал в Хельсинки, и решение Совета Безопасности в известной мере стало следствием советско-американского саммита). Вторая резолюция (резолюция 667 от 17 сентября) стала ответом на вторжение иракских солдат в резиденции послов Франции и Канады в Кувейте и произведенные там задержания граждан этих и других стран. Она была принята единогласно. Третья резолюция, тоже принятая единогласно (резолюция 669 от 24 сентября), возложила на Комитет по санкциям изучение просьб о помощи, поступающих от стран, пострадавших от эмбарго.
И, наконец, резолюция 670 от 25 сентября, принятая 14 голосами при одном воздержавшемся (Куба), распространила эмбарго на грузовое воздушное сообщение с Ираком и Кувейтом за исключением случаев перевозки туда гуманитарной помощи с разрешения Комитета по санкциям. Резолюция, основным инициатором которой был Миттеран, установила процедуру строгого досмотра любых воздушных судов, имеющих в качестве пунктов назначения Ирак и Кувейт или следующих оттуда. Резолюция закрывала тем самым возможность использования самолетов для нарушения экономических санкций. Кроме того в ней делалось предупреждение правительству Ирака, что продолжающееся невыполнение им положений предыдущих резолюций СБ может привести к дальнейшим действиям Совета в соответствии с главой VII Устава ООН, чреватым серьезными последствиями. Чтобы еще лучше дать понять Багдаду значение этого сигнала, заседание Совета Безопасности было проведено не как обычно, а на уровне министров иностранных дел. Председательствовал Э.А.Шеварднадзе. В заседании помимо него участвовали еще 12 министров (лишь Куба и Кот д'Ивуар были представлены на более низком уровне).
Выступая в Совете Безопасности, Э.А.Шеварднадзе заявил, что принятая резолюция – «дальнейший неизбежный и логический шаг перед лицом упорного отказа Ирака выполнять решения Совета Безопасности. Это – закономерная реакция на его продолжающийся вызов международному сообществу». Напомнив, что «с самого начала кризиса Советский Союз сделал главный акцент в своей политике на коллективных усилиях, основанных на полном использовании прав и возможностей ООН, на необходимости разрешения кризиса невоенными, политико-дипломатическими методами», министр выразил убеждение, что «в фокусе совместных усилий должна быть деэскалация кризиса, его политическая развязка». Это, однако, подчеркнул Э.А. Шеварднадзе, «не умаляет нашей решимости добиться прекращения агрессии, и если предпринимаемые сейчас шаги не приведут к этому, то мы будем готовы рассмотреть возможность дополнительных шагов в соответствии с Уставом ООН, чтобы показать, что агрессия не может приносить выгод и не принесет их».10 Со сходными по сути и тональности заявлениями выступили в Совете Безопасности и другие министры.
Ежегодная сессия Генеральной ассамблеи ООН – это всемирный политический форум, на котором благодаря участию в нем глав государств, правительств и министров иностранных дел, открываются широкие возможности для выяснения настроений мирового сообщества. Это выявляется и через официальные речи с трибуны Генеральной ассамблеи, и беседы в кулуарах, и коллективные встречи. Среди последних я бы выделил значение проведенной 26 сентября встречи Э.А. Шеварднадзе с министрами иностранных дел стран-членов Европейских сообществ, итогом которой стало совместное заявление СССР и ЕС. В нем стороны зафиксировали свою единую позицию по вопросу о кризисе в Персидском заливе, а также в отношении усилий, которые будут ими предприняты в целях урегулирования других конфликтов в регионе, таких, как арабо-израильский, палестинская проблема и ситуация в Ливане. Выраженная в заявлении готовность европейских государств подключиться к работе над этими последними стало вторым после Хельсинки значительным успехом советской дипломатии по возвращению на политическую авансцену проблематики БВУ. По вопросу же о кризисе в Персидском заливе участники встречи заявили, что время не работает на агрессора и лишь усиливает решимость международного сообщества отразить агрессию и полностью восстановить суверенитет Кувейта.