Тут-то и появилась русалка.
Сначала Аграт увидел тёмный силуэт среди скал, и решил, что это обыкновенная ночная иллюзия. После фигура вдруг зашевелилась и выпрямилась. Стало очевидно, что это женщина, хотя никаких женщин на берегу быть не могло.
– Стойте! – велел Аграт вполголоса, опасаясь, что его могут услышать со стены. – Кто вы? Что вам нужно?
Незваная гостья вздрогнула и обернулась. Теперь Аграт окончательно убедился в том, что не знает её.
Единственной женщиной в крепости была сестричка Кора, но незнакомка оказалась на полголовы выше. "Русалка" – мелькнуло в голове. Других мыслей там отчего-то не было.
– Не двигайтесь! – приказал Аграт. – Я буду стрелять.
Русалка сделала выпад в строну и снова застыла на месте.
Аграт блефовал. Он скорее позволил бы утащить себя на дно моря, чем решился выстрелить, ведь его проступок не был невинной шалостью. Быть обнаруженным ночью на берегу означало полную утрату доверия, а этого он бы себе не простил. Поэтому и пистоля у Аграта при себе не было. Он не собирался воевать и, уж конечно, не ожидал увидеть у стены никого, кроме чаек.
– Что вам нужно? – повторил Аграт, задрав голову.
На стене никого не было. Хоть в чём-то повезло!
Русалка молчала, вглядываясь в темноту. Казалось, она молода и красива, но, возможно, лишь оттого, что красная луна безжалостно искажала черты.
"Что если всё правда? – подумал Аграт, и от этой мысли сердце затрепыхалось с удивительной силой. – Что если русалки существуют?"
Ему вдруг померещилось, что незнакомка вот-вот соскользнёт со скал и навсегда исчезнет в холодных глубинах. Где-то там, под водой, её, должно быть, ждёт прекрасный замок с бесконечными колоннадами из ветвистых кораллов. Вокруг снуют стайки рыб. Морские коньки скачут, как настоящие лошади. Водоросли сплетаются в непроходимые леса вокруг скелетов погибших кораблей.
"Он стоял и смотрел на тёмный силуэт русалки, – мысленно проговорил Аграт. – Ему хотелось отправиться вслед за ней в сказочное подводное царство…"
Русалка вновь пошевелилась, и он невольно воскликнул:
– Постойте!
После, решив, что напугал её, добавил гораздо тише:
– Не уходите, прошу вас!
Русалка покачала головой и, стремительно поднявшись, двинулась в его сторону. Выяснилось, что вместо хвоста у неё пара обыкновенных человеческих ног, обтянутых штанинами из матовой кожи.
Девушка подошла так близко, что Аграт мог без труда рассмотреть мельчайшие черты. Он не ошибся, когда решил, что незнакомка хороша собой. Правда, красота её оказалась иного свойства. То было не призрачное очарование нежити, а живая прелесть обычной земной девушки. На вид ей можно было дать лет семнадцать. Высокая, статная, крепкая, с круглым лицом и тяжёлой косой, перекинутой через плечо, незнакомка являла собой поразительный контраст тюремной серости. Казалось, каждый её волосок, каждая мельчайшая частица насквозь пропитаны жизнью, и эта жизнь струится, разливается вокруг, затапливает всё, что попадается на пути.
– Кто вы? – спросил Аграт полушёпотом.
Он хотел услышать её голос. Отчего-то ему казалось, что в нём скрыта какая-то особенная, мучительная сила.
Девушка не ответила. Передёрнула плечами, вздохнула.
– Я Аграт, – сказал он. – Аграт Велссим.
Незнакомка по-прежнему молчала, глядя на него широко распахнутыми глазами.
– Вы не хотите назвать своё имя?
Она подняла указательный палец и провела им по губам так, будто хотела прочертить на них невидимую линию.
– Вы не можете говорить? – догадался Аграт.
Девушка кивнула, и грустная улыбка на мгновение озарила её лицо. В этой трогательной беззащитности она казалась ещё прекраснее.
– У меня кое-что есть! Смотрите!
Аграт вытащил из-за пазухи блокнот и огрызок угольного карандаша.
– Вы умеете писать? Вы ведь напишете, правда?
Девушка неуверенно кивнула, и Аграт засветил масляный фонарь, трепеща от восторга. Он больше не опасался быть пойманным. Теперь незнакомка всецело занимала его мысли.
Девушка подышала на пальцы, взяла предложенный Агратом карандаш и вывела корявыми буквами:
"Риша".
– Это ваше имя? – зачем-то уточнил Аграт.
Она снова кивнула и почему-то отвела взгляд.
Аграт так и не понял, почему.
Крестьянское имя выдавало в ней особу низкого происхождения, и это было по-настоящему здорово. Впрочем, Риша похоже так не считала.
Она немного пошевелила пальцами и продолжила писать:
"Нас послал король Миравии. Он готов помочь".