— Посол варлоков скоро будет здесь, ваше высочество — сказала Элеонора. — Вы уже знаете, какой ей дать ответ?
— Знаю, — кивнул принц, сердито хмурясь. — Я уже не раз говорил им, что бесполезно собирать Конгресс только потому, что у них исчезло несколько детей. Варлоки, конечно, будут недовольны, но кого это интересует?
— А если на сей раз она пойдет к королеве? — подала голос Шарлотта.
— Не осмелится, — покачал головой Саймон, не глядя на фрейлину. — Королева и слушать ее не станет — сразу выгонит взашей, и у нее не будет выбора, кроме как уйти обратно ни с чем или снова прийти ко мне. А мои руки связаны. Даже если исчезновения — дело рук светлых, в чем я лично сомневаюсь, королева все равно закроет глаза на эту проблему. Вы же знаете, что она не станет поднимать лишнего шума из-за нескольких малолетних варлоков.
Внезапно дверь открылась, и на пороге возник лакей, одетый в черную ливрею с золотистой отделкой.
— Ваше высочество, к вам посол Вальпургиса.
— Проводите ее сюда, — кивнул принц. Лакей скрылся за дверью. Через мгновение дверь распахнулась настежь, и вошли двое мужчин устрашающего вида; они сопровождали хрупкую девушку в сером плаще с накинутым на голову капюшоном. Мужчины остановились по обе стороны от двери, а девушка подошла к лестнице, встала у подножия и сняла с головы капюшон. Ее светлые волосы были собраны в немного растрепанный пучок на затылке. Девушка присела в книксене и подняла взгляд на принца. Несмотря на то, что она выглядела затравленно, глаза ее смотрели смело и решительно.
— Ваше высочество, — тихо, но уверенно произнесла она. — Исчезли еще несколько детей, но на этот раз вместе с ними была похищена взрослая женщина — няня нашего наследника. Семьи этих детей взволнованы, они требуют…
— Я уже говорил вам, Таллула, — резко перебил ее Саймон. — Я ничего не могу для вас сделать. Если бы это сделали светлые воины, мы бы об этом знали. Передайте своему отцу, что я отказываюсь что-либо предпринимать. Провести розыскные мероприятия вам под силу и самим.
Девушка, казалось, вот-вот заплачет. Она отвела взгляд и надела на голову капюшон.
— Когда-нибудь, ваше высочество, вы об этом горько пожалеете, — процедила она и, развернувшись, быстрым шагом направилась к выходу.
— Уведите ее, — приказал принц, и мужчины схватили Таллулу под руки и вывели из залы.
— Одно дело сделано, — Саймон потер руки. — Сколько еще посетителей у нас на сегодня?
— Больше никто не пришел, — доложила Шарлотта.
— Тогда можете быть свободны.
— Идем, — Изабель первой поднялась с места и поманила Мелиссу за собой. Остальные фрейлины тоже встали.
— Сейчас у нас обед, — пояснила Мелиссе Изабель, изящным движением руки приглаживая свои пышные светлые волосы.
Четыре девушки вышли из тронного зала и свернули налево, к великолепной широкой лестнице с массивными мраморными перилами. Спустившись на этаж ниже, фрейлины зашагали по просторному коридору к открытой двери в конце.
Войдя в комнату, Лисса огляделась по сторонам. Это оказалась трапезная, безвкусно оформленная в светлых тонах — здесь присутствовали голубой, зеленый и сиреневый. Посередине комнаты стоял круглый стол и четыре стула. На столе уже были расставлены тарелки и лежали серебряные приборы.
Девушки начали рассаживаться за столом. Элеонора выдвинула стул рядом с собой и кивнула на него Мелиссе. Та послушно опустилась на мягкое сиденье. Обедать рядом с этой рыжеволосой девушкой у нее не было никакого желания, но еще меньше хотелось сидеть рядом с Шарлоттой, которая теперь оказалась напротив.
Как только все расселись, в комнате появился мужчина в такой же черно-золотой ливрее, как у лакея в тронном зале. Он толкал перед собой сервировочный столик на колесиках, уставленный широкими серебряными блюдами, накрытыми блестящими колпаками. Слуга переместил блюда на стол и удалился.
Изабель подняла колпак на ближайшей тарелке. Там оказался тушеный картофель в нежном сливочном соусе. Лисса вдруг почувствовала ужасный голод и поняла, что впервые за много недель ей представилась возможность как следует поесть. Вслед за сестрами она наполнила свою тарелку, и тут в комнате снова появился лакей — на сей раз с подносом, на котором стояла бутылка белого вина и четыре великолепных хрустальных бокала тонкой работы. Он поставил бутылку и бокалы на стол и поднял колпак на втором блюде. На тарелке лежал крупный жареный цыпленок. Слуга разделал цыпленка на аккуратные кусочки, открыл бутылку и разлил вино по бокалам. Когда он удалился, девушки взяли себе по кусочку курятины. Они ели в полном молчании. Голодная Лисса в два счета смела картофель и мясо и пригубила вино. Оно оказалось необычайно вкусным. После скудного лесного пропитания затворников вся эта дворцовая пища казалась ей сейчас поистине диковинной.