— А почему Таллула не может обратиться к королеве напрямую?
— А вот здесь не все так просто, — в голосе Саймона прозвучала досада. — Королева не занимается приемом подданных, эта грязная работа досталась мне.
— То есть, если бы ты захотел, ты мог бы сам пойти к королеве и замолвить словечко за варлоков? — уточнила Лисса.
— Мог бы. Только не хочу.
Саймон зевнул и лениво потянулся. Лисса поудобнее уселась в кресле и протянула руку к газете на столике, но дверь вдруг приоткрылась, и в проеме показалась светлая голова Изабель.
— Ваше высочество, вас разыскивает господин Меннерс, — сладким голоском пропела фрейлина.
— Скажи ему, что я уже иду, — холодно отозвался Саймон.
Изабель кивнула и скрылась за дверью.
— Это еще кто такой? — нахмурилась Лисса.
— Начальник стражи. Пойду, узнаю, что еще ему понадобилось.
Глава 14
Время шло. Лисса по-прежнему жила в замке, общалась с фрейлинами, шушукалась о них с Мореной, много гуляла и вкусно питалась. Постепенно она замечала, как из ее внешности день за днем исчезают следы затворнической жизни: она поправилась, вернувшись в свою обычную форму; ее длинные волосы снова заблестели, кожа благодаря постоянному уходу и хорошему питанию стала гладкой и ровной, улучшился цвет лица. Мелисса каждый день мысленно восхваляла Морену за травяные бальзамы и кремы, которые лекарка готовила для нее. Глядя на себя в зеркало, Лисса в какой-то момент даже начала сомневаться в своих сведениях о фрейлинах принца. Может, они на самом деле обычные ведьмы, а их прекрасная внешность объясняется всего-навсего использованием всех этих чудесных средств по уходу за собой? Может, эти слухи о том, что девушки не те, за кого себя выдают, распускают их недоброжелатели и завистники?
Саймон относился к Мелиссе очень хорошо. Несмотря на пересуды, ходившие о нем во дворце, Лиссе он очень нравился, и, похоже, это было взаимно. Но все же кое-что в его поведении настораживало. Во-первых, он никогда не позволял Мелиссе дотрагиваться до его рук, если на них не было перчаток. Во-вторых, разговаривал он с ней осторожно, словно боялся случайно сболтнуть лишнего. И, кроме того, он по-прежнему отказывался отвечать на вопрос Лиссы о причинах, по которым он похитил ее из внешнего мира и поселил в Дредфул-холле.
Мелиссе все это не давало покоя: она хорошо помнила предостережение Морены насчет принца.
Но, несмотря ни на что, Лисса чувствовала, как при мысли о Саймоне в душе у нее разливается тепло и сердце начинает биться быстрее…
* * *
Лисса сидела у окна в своей спальне и любовалась башнями. Уже начинало темнеть, и девушка с грустью вспоминала о прошлом — она очень любила это время, когда на постепенно меняющемся небе зажигались одна за другой серебристые звездочки.
В дверь постучали. Лисса вздрогнула от неожиданности и обернулась.
— Открыто.
В комнату вошел Саймон.
— Привет, моя принцесса, — тихо сказал он, затворяя дверь. — Я посижу немного с тобой, ты не против?
— Не против.
Она отошла от окна и села на кровать. Саймон уселся рядом с ней и посмотрел ей в глаза.
— Знаешь, Лисса, я давно хотел сказать тебе… Со мной происходит что-то странное.
Мелисса придвинулась поближе.
— Что именно?
— Я все время хочу видеть тебя. Хочу быть рядом с тобой. Хочу… держать тебя за руки, — последнюю фразу он произнес с болью в голосе. — Я все время думаю о тебе.
Он больше не смотрел на Лиссу — теперь его взгляд блуждал по комнате.
— Со мной еще никогда такого не случалось. Я не могу сосредоточиться ни на чем. У меня все валится из рук. Я думаю только о тебе. И я все время хочу тебя поцеловать.
Мелисса слушала его и не знала, радоваться ей или бояться. В это было трудно поверить: Саймон влюбился! Влюбился в нее! Наследный принц королевства тьмы Миднайт, урожденный демон, влюбился в нее, в человека, в девушку, которая непонятно за что была вырвана из своей нормальной жизни и заброшена в чужой мир.
— По-моему, этого просто не может быть, — сказала Лисса дрогнувшим голосом, стараясь сохранять спокойствие.
— Чего — этого? — не понял Саймон. Реакция Лиссы его неприятно удивила.
— Твои слова означают, что у тебя появились чувства ко мне, а это невозможно.
— Почему? — судя по выражению лица принца, он боялся услышать ответ.
— Потому что вампиры не могут испытывать эти чувства, это против вашей природы! — выпалила Мелисса и испуганно замолчала.