— Ну и что, — огрызнулась Мелисса. — Мне плевать на опасность! Если ты забыл, я была затворницей, я столько времени скрывалась от тебя и твоих прихвостней, неужели ты думаешь, что я не привыкла к опасностям?!
Саймон поник. Он даже как будто стал меньше ростом. Он отпустил плечи Лиссы и отвернулся.
— Я просто не хочу потерять тебя.
Сердце Мелиссы сжалось на миг, но она уже не могла остановиться.
— А я не хочу, чтобы ты так обращался с моими друзьями.
Воцарилась тишина. Саймон не повернулся к девушке, не подошел. И тогда Лисса не выдержала. Она пулей вылетела из своей спальни и убежала. Она бежала по коридорам дворца, бежала подальше от принца и от его любви, чувствуя отвращение к нему и к своей жизни в этих стенах.
Лисса сама не заметила, как оказалась у двери подземелья. «Нет уж, — подумала она. — Не сегодня». Она отвернулась от двери и тут вспомнила, о чем ей только что говорил Саймон.
«Да. Пойду лучше к Морене, узнаю очередную плохую новость».
Новость действительно оказалась не из лучших.
— Это зелье, — сообщила Морена. — Которое постепенно делает того, кто его пьет, жестоким и убивает в существе его хорошие стороны. В основном такой эффект оно дает при взаимодействии с алкоголем.
— О господи, — вытаращила глаза Лисса. — И кто мог напоить меня этой гадостью?!
— Я полагала, у тебя есть несколько подозреваемых, — пожала плечами лекарка.
— Да, — Мелисса нахмурилась. — В частности три.
Девушки переглянулись.
— Саймон наотрез откажется в это верить, — сокрушенно покачала головой Лисса.
— То есть, ты не будешь говорить ему о зелье?
— Не буду. И тебя хочу попросить о том же. Придумаем что-нибудь другое. Нервы, например, стресс. А кстати, от этого зелья есть какое-нибудь противоядие?
— Не думаю. Зелье скоро само выветрится, если не подпитывать его новыми дозами.
— Да уж, — задумчиво протянула Мелисса. — Теперь надо придумать причины, по которым я буду отказываться от вина за обедом и ужином. Не могу же я сказать этим гадинам, что опасаюсь стать алкоголиком?
— Нет, про алкоголизм лучше не надо, — усмехнулась Морена.
— И еще меня интересует, зачем им вообще понадобилось меня травить.
— Может, решили помочь тебе прижиться во дворце? Добреньким здесь не место, знаешь ли.
— Вряд ли их намерения были столь чисты.
— Вообще-то, у меня есть одно предположение, — сказала Морена. — Возможно, они делают это из ревности. Саймону ты небезразлична, это видно невооруженным глазом. А еще ты разительно отличаешься от тех девушек, которые всегда вертелись вокруг Саймона, это тоже видно невооруженным глазом. Может, они решили сделать тебя такой же, как все, чтобы он понял, что в тебе нет ничего особенного?
— Ты права, — согласилась Мелисса после недолгих раздумий. — Это вполне в духе наших фрейлин — делать гадости исподтишка вместо того, чтобы высказать свои претензии мне в лицо.
Некоторое время девушки задумчиво смотрели друг на друга.
— Ладно, я пойду, лягу спать, — Лисса встала. — Спасибо тебе за предупреждение о зелье.
— Всегда пожалуйста, — тепло улыбнулась ей Морена. — Спокойной ночи.
Лисса вышла из комнаты. По дороге она думала о лекарке. Она оказалась совсем не такой, какой представлялась Мелиссе в первые дни после знакомства — законченной пессимисткой, вечно недовольной и ворчащей. В последнее время Морена стала единственным другом Лиссы во дворце. «И это хорошо, — подумала девушка, поворачивая в свой коридор. — Кроме нее здесь совершенно не с кем посекретничать по-женски!»
Но едва войдя в холл, где находилась дверь в ее спальню, Мелисса мгновенно позабыла о Морене. Ее глазам предстала необычная картина: Саймон сидел на полу возле двери, обхватив голову руками. Он походил на школьника, которого только что отвергла его первая любовь из старших классов. В другой ситуации Мелиссу это позабавило бы, но сейчас ей было не до смеха.
Завидев девушку, Саймон вскочил на ноги.
— Лисса, — он подошел к ней и взял ее за руки. Мелисса попыталась убрать руки, но принц был настойчив.
— Лисса, прости меня! — горячо прошептал Саймон. — Ты была права и имеешь все основания на меня злиться!
Он смотрел на нее так жалобно, что Лисса моментально забыла о своей обиде. Она осторожно высвободила одну руку из его ладони и нежно погладила его по голове.
— Я не злюсь, — тихо сказала девушка. — Я уже поняла, что требую невозможного.
Во взгляде Саймона появилось искреннее удивление, словно он не ждал от нее подобных слов.