Выбрать главу

— Для меня ты сдох.

«Больше здесь делать нечего».

Она развернулась на пятках, сделав несколько шагов по направлению к выходу, пока не почувствовала рывок назад.

Доминик двигался неестественно быстро, отчаянно, словно одержимый. Трясущимися конечностями он схватил девушку с силой, которой не должно было быть в худощавом теле.

Элис зашипела, ударившись спиной о матрас, в то время как парень забрался на неё сверху, вдавливая ладонями женское лицо и разминая его, словно тесто. Девушка извивалась, пыталась пнуть его, но лишь в пустую тратила силы. Её истеричные резкие движения лишь быстрее ослабляли Харланд, пока она в конце концов не выдохлась.

Тонкие длинные пальцы впились в челюсть Элис, заставляя встретиться с ним взглядом, и от того, что девушка увидела, у неё перехватило дыхание.

Глаза Доминика были неправильными. Они были слишком широкими, зрачки расширены, поглотив радужку практически целиком. Слёзы струились по его щекам, прорезая дорожки в крови, размазанной по подбородку.

— Не... не ненавидь меня, — губы дрожали, слова вырывались прерывистыми вздохами.

— Отпусти, — Элис стиснула зубы, предпринимая ещё одну попытку скинуть парня с себя.

— Я не бросал тебя... я... не... — голос Доминика дрогнул, став высоким и надломленным. — Я бы не смог, разве ты не понимаешь...

Он провёл большим пальцем по скуле девушки, дрожа так сильно, что это походило на припадок. Дыхание было прерывистым и неровным, прежде чем парень задержал его на мгновение, резко поддавшись вперёд.

Доминик поцеловал её, не в губы, зная, что Элис за это откусила бы ему язык, а в острую линию челюсти, в изгиб скулы, в напряжённый шов тонких губ. Это были отчаянные неуклюжие движения, жалкие попытки сшить их обратно.

— Я твой, — выдохнул Вейл, прижавшись к женской коже.

У Элис скрутило живот от слов. Они должны оставаться жалкими, ничего не значить.

— Тебя там не было, — выдавила из себя девушка, морщась от того, как её голос прозвучал жалобно.

Доминик издал скулёж, прижавшись лбом лба Харланд.

— Я был... — прохрипел он. Их носы больно стукнулись друг об друга. — Я был там... в своей голове. Я видел, — пальцы сжались на выбившихся русых прядках, прежде чем ласково погладить их. — Клянусь, я видел...

Парень бормотал бессмыслицу, от которой Элис затрясло сильнее от злости. Он был нелогичен в попытках оправдаться, и девушка лишь хотела разорвать его на части с каждым словом.

«Бред!»

Вейл не замолкал, продолжал шептать, выбивая окончательно почву из-под её ног:

— Убей меня, если хочешь. Только не... не прекращай смотреть на меня...

Элис вздрогнула.

Это было не просто чувство вины, а чистейшее безумие.

— Ты мой мир, — голос упал до благоговейного шёпота, в то время как пальцы Доминика сжали щёки Харланд, поднимаясь к впадинам под глазами.

Элис почувствовала перемену в нём прежде, чем увидела её, но было поздно. Лицо парня исказилось широкой улыбке, выглядящей неестественной. Зрачки полностью поглотили карий цвет, наполнив взгляд тьмой.

Девушка взбрыкнулась под ним, попыталась ударить Вейла в пах коленом, но хватка лишь сильнее усилилась, причиняя боль.

Доминик с хрустом наклонил голову вбок, проводя языком по зубам с тихим коротким смешком, которые ему не принадлежал. Затем, поддавшись вперёд, он снова поцеловал девушку.

Элис тут же укусила его до выступившей крови, но парень даже не поморщился, забавляясь её рвением, несгибаемой воле. Рёбра болели там, где мужское колено упиралось в них, лёгкие горели от жажды воздуха.

Она попыталась сомкнуть рот, но практически сразу поддалась поцелую, болезненно вскрикивая от боли, когда рука Доминика сжала волосы у корней.

Где-то в тумане панике и ярости Харланд попыталась рассуждать рационально.

«Он в истерике, напуган до смерти, сломлен», — эта мысль пронзила насквозь.

Холодные губы скользнули вниз вдоль шеи, клыки царапали кожу. Его руки, такие знакомые и одновременно нестерпимо мерзкие, исследовали женское тело.

Элис отвернулась. Горло першило от горького едкого привкуса.