Выбрать главу

— Приносим свои извинения за предоставленные неудобства, — женщина выдавила из себя улыбку, явно смущённая бестактностью и резкостью своей коллеги. — Можете быть свободны. Поешьте в столовой и ложитесь спать. Мы предупредим ваших преподавателей о вашем отсутствии на сегодняшних занятиях, а также сообщим миссис Хоуп, чтобы она обслужила вас вне очереди.

Всем потребовалось некоторое время, чтобы осознать сказанное, но, когда до них дошло, они вздохнули с облегчением.

— Хвала богам, — простонал Доминик, потягиваясь на месте до тех пор, пока его позвоночник не захрустел. — Я умираю с голоду.

Он встал, помогая Холли и Розалинде подняться на ноги и, придерживая девушек под руки, направился к двери.

Элис двигалась медленнее, действуя на автопилоте скорее из-за чувства подавленности, чем усталости. Она оттолкнулась руками от стола, слегка спотыкаясь, когда ноги отказались нормально подчиняться её весу.

Внезапно плечи девушки крепко сжали, удерживая в вертикальном положении, а её нос едва не упёрся в крепкую мужскую грудь.

Аромат обрушился на Элис, словно резки порыв ветра. Он был тёплым, дымным и, несомненно, принадлежал Атласу.

Его запах резко контрастировал со стерильным благоуханием старых книг и дерева, витавшим в преподавательской комнате. Это была кожа, пот, что-то земное, как сосна после грозы, и сигаретные нотки.

Но хуже всего было то, что его аромат был не таким уж неприятным.

— Тебе не было лень бежать сюда с другого конца комнаты? — прохрипела девушка, и лёгкая улыбка тронула уголки её губ. — Оказывается ты становишься меньше мудаком, когда устаёшь.

Атлас хрипло, но искренне рассмеялся, подталкивая Элис в сторону двери. Одна из его рук всё также держала женское плечо, но другая спустилась ниже, придерживая девушку за талию.

— Помнишь, что я говорил?

— Ты про ту чушь о фетише на сильных женщин?

— Что-то вроде того, — его голос стал томным, прежде чем он прошептал Элис на ухо, обдавая его горячим дыханием. — Я почти спустил себе в штаны при виде того, как ты ставишь на место эту суку.

Девушка не сдержала фырканья, но не отстранилась от Атласа, находя забавным его попытки флирта, хотя и признавала, что они были довольно мерзкими.

— Оставь свои извращённые фантазии при себе, понял? — она посмотрела на него исподлобья. — И вообще, у меня тревожно-избегающий тип привязанности.

— Правда? Как хорошо, что у меня он спокойно-догоняющий.

***

Столовая академии представляла собой огромное помещение, которое поначалу вызывало приступы микропсии, стоило только зайти внутрь. Но ситуацию хоть немного спасали тёплый свет люстры и приятное глазу внутреннее убранство комнаты.

Высокие сводчатые потолки, украшенные готическим орнаментом и витражами со сценами из мифологий периода античности, возвышались над головами студентов.

По всей территории столовой тянулись длинные столы из тёмного дерева, за каждым из которых могли разместиться десятки человек. Стулья были прочными, но неудобными на вид. Они были обиты кожей из бордового цвета и имели резные ножки, обвитые искусственными виноградными лозами.

Над центральным столом опасно низко светила люстра из кованого железа.

Вдоль одной из стен стоял огромный камин, в котором пламя горело днём и ночью. Было неясно, это было для того, чтобы согреть помещение или создать уютную атмосферу, но многие действительно заостряли внимание на мерцающих языках пламени, словно завороженные.

Стены были украшены фресками, выглядящими довольно старыми. На них были изображены профессора со строгими лицами, которые читали лекции в пустых аудиториях, учёные, склонившиеся над фолиантами в окружении множества свечей, четверо студентов, одетые в форму академии и держащие руки вблизи сердца и серебряных броши – факультетские знаки отличия.

Но одна из фресок выделялась больше всего. На ней были изображены четыре фигуры в чёрных мантиях и капюшонах, скрывающие их лица. Они стояли вокруг алтаря, исписанного различными символами. Эта сцена выбивалась из остальных, и многие заостряли именно на ней внимание, пытаясь понять, что происходит на изображении.

По округе раздавались разговоры и смех студентов. Они шутили между собой: