Выбрать главу

— Завидуешь этой дьявольской суке? Где твоя толерантность?

— Там же, где эти сиськи – на уровне Бездны Челленджера.

Фыркнув от смеха, Элис покачала головой.

— Ты меня с ума сводишь.

Харланд развернулась телом к подруге. Выражение лица было нечитаемым, когда она протянула руку и большим пальцем с удивительной для неё нежностью счищает полоску грязи с женской скулы.

Розалинда театрально нахмурилась, закатив глаза. Элис буквально слышала не озвученное вслух: «Я не маленькая», закусив щёку изнутри, чтоб не начать умиляться ей.

Между ними воцарилось молчание, тяжёлое, но не вызывающее дискомфорта. Где-то в коридоре послышались стоны, далёкий скрип дверей и половиц, завывания ветра там, где его быть не должно.

Пальцы Ландри вцепились в запястье девушки, прижимая её ладонь к лицу, зарываясь в неё носом.

— Думаешь, всё закончилось? — прошептала Розалинда неразборчиво.

— Сомневаюсь, — взгляд острый, суровый, а голос приобрёл командные нотки. — Ты сидишь здесь, а я буду охранять.

Розалинда застонала, зажмурившись.

— Фантастика.

— Смотри на вещи с оптимизмом.

— Например?

— По крайней мере, тебе не пришлось видеть вблизи обвисшую грудь этой твари, — пожав плечами, ответила Харланд невозмутимо, довольно хмыкая при звуке хриплого девичьего смеха.

Она пододвинулась к подруге ближе, укладывая голову внутрь деревянной конструкции рядом с головой Розалинды, глядя в голубые глаза. Рукой проводя по мягким прядкам, уголки губ вновь дёрнулись при виде спокойствия девушки.

Ночь обещала быть долгой.

Глава 7

Аудитория Первой башни огромна. Её высокие потолки украшены выцветшими фресками с изображением давно умерших учёных. В воздухе витал запах бумаги и хлорки от недавно вымытых полов, смешивающихся со слабыми металлическими нотками ржавчины от труб, идущих вдоль стен.

Эта комната, как и многие другие в факультете юстиции и права, были самыми старыми и выделялись на фоне нового ремонта в других корпусах.

Элис сидела, сгорбившись. Она беспокойно постукивала пальцами по деревянному столу, пребывая в собственных мыслях. Профессор Вейл монотонно рассуждала о законах Хаммурапи, но девушка не слышала ни слова уже минут двадцать с начала лекции. Её взгляд был прикован к пустому месту рядом, где должна была сидеть Розалинда, если бы не произошедшее прошлой ночью.

В голове царил хаос из мыслей:

«Прошлая ночь, соляной круг, свечи. Правила Полуночной игры: если пламя погасло, значит он рядом, но то чудовище кружило рядом в разрез им».

Голос профессора затихнул, превращаясь в помехи. Теории лихорадочно переплетались, сливаясь в единое целое, пока Харлнад пыталась их сопоставить, подвести к одному знаменателю.

«Теперь хищников было два... три, если считать Кассиана. Полуночный человек представляет угрозу для тех, кто нарушает правила. А второй? Неясно, но соль отпугивает обоих».

Элис поджала губы, коря себя за то, что не попробовала кинуть соль в лицо Нотли в качестве эксперимента.

«Почему та тварь игнорировала меня?» — этот вопрос мучал больше, чем никотиновая ломка.

Девушка безучастно смотрела на трибуну, словно она вот-вот выдаст необходимые ответы. Пальцы вновь начали подёргиваться, пытаясь почувствовать вес несуществующей сигареты.

С другой стороны, был Кассиан, который также, как и то существо, не тронуло девушку. Но Элис довольно быстро отмела эту гипотезу, посчитав себя скорее исключением, чем примером нормы, поэтому стоило перестраховаться вдвойне.

Женщина громко прочистила горло и многозначительно посмотрела на студентку, но Элис даже не пыталась сделать вид, что слушала. Она откинулась назад, проводя ладонями по лицу. Тяжесть прошлой ночи давила сильнее, чем усталость или страх получить выговор от преподавателя.

Нужно было подумать, что делать дальше, что-то предпринять, а не сидеть сложа руки в ожидании, пока какое-нибудь потустороннее существо их схватит.

«Нотли был мёртв, растерзан Полуночным человеком. Но почему он скитался в Ином мире? Души убитых не возносятся на небеса?»