Отвлекшись, студент поздно заметил, как перед ним выскочил силуэт. При приближении парень смог разглядеть, что этим было ещё одно существо, состоящее из мешанины криво соединённых мышц и дёргающих конечностей. Оно двигалось, как сломанная марионетка, неестественно дёргалась, прежде чем развернуться перед ним, демонстрируя себя во всей красе. Затем из силуэта вышло ещё две фигуры.
Твари стояли неподвижно, будто выточенные из камня фигуры, но от них ощутимо веяло затаившейся угрозой. Кожа существ была изъедена трещинами, похожие на древние письмена на глиняных дощечках. Каждая линия и неровность была неестественной, чуждой этому миру.
Вместо глаз были чёрные провалы без единого отблеска жизни, словно они наоборот впитывали тусклый свет луны. Парень почувствовал их безмолвный и леденящий душу взгляд, проникающий в самое естество.
Вертикальные пасти казались рубцами на лицах, не предназначенные для речи. Но затем голова одной из тварей стала поворачиваться набок, а шея изгибалась с отвратительным треском.
Оно улыбнулось.
— ПОПАЛСЯ.
От испуга парень остановился, пугливо дёрнувшись назад, совсем забывая, что позади его также ждала опасность. Рука взметнулась в сторону, со звоном ударившись об ручку двери. Чертыхаясь и матерясь, он наощупь повернул ручку вбок, едва не вскрикнув от радости, что было открыто.
Парень нырнул внутрь, захлопывая за собой вход. Он упёрся спиной о деревянную поверхность, окидывая беглым взглядом комнату в поисках того, чем бы забаррикадироваться.
Лунный свет, наполненный пылью, проникал сквозь такие же разбитые окна, которые не отличались от остальных. Тусклое ночное сияние освещало гнилые парты и стулья, беспорядочно сваленные в кучу.
Парень тяжело дышал, панически сглатывая. Он хотел сделать шаг, отойти в сторону, но ноги отказывались слушаться.
Шкряб, шкряб, шкряб.
Скрежет когтей послышался прямо за дверью, прежде чем всё затихло вместе с быстро удаляющимися шлепками босых ступней.
Кровь шумела в ушах, заглушая отдаляющиеся шаги, а сердце колотилось о рёбра с такой силой, что, казалось, вот-вот проломит их. Пот щипал глаза, смешиваясь со слезами, которые стекали по щекам непрерывным потоком.
«Наконец-то...»
Капля упала ему на плечо.
Адреналин после побега и крохи радости от спасения трансформировались в чистый кристаллизованный ужас, заморозивший каждую мышцу. Разум отчаянно цеплялся за последние крохи здравого смысла, но инстинкт самосохранения взял вверх, превратив парня в застывшую, немую жертву.
Дрожа, он медленно поднял глаза.
Существо цеплялось за потолок, ехидно улыбаясь острыми как бритва зубами. Его тело наполовину было скрыто в тенях, и парень бы не заметил тварь, если бы она не распахнула челюсти так широко, что они спокойно могли бы заглотить голову человека целиком. Вязкие струи слюны раскачивались между клыками, когда существо наклонило голову на сто восемьдесят градусов и издало хихиканье.
— НАШЁЁЁЛ ТЕБЯЯЯ.
Крик парня поглотила тьма.
Розалинда резко выпрямилась на постели. Воздух вырывался из её лёгких шумными хриплыми вздохами, а тело сжалось от ужаса. Сердце бешено билось, словно пойманное животное, отчего девушка чувствовала болезненный пульс в висках. Холодная липка плёнка пота покрывала кожу, прилипая к рубашке. Пальцы дрожали, сжимая простыни до побеления костяшек.
Судорога резко схватила икру, сжав мышцу в большой жёсткий комок, но Розалинда почти не ощущала боли из-за мелькающих перед глазами кадров ночного кошмара.
Из её уст вырвался сдавленный вздох вперемешку со всхлипом, когда зрение затуманилось от слёз. Смутные очертания комнаты размылись, а силуэты мебели то появлялись, то исчезали из фокуса. Несколько мгновений девушка не понимала, где находится.
Все мышцы были напряжены: плечи сгорблены вперёд, позвоночник выгнут. Розалинда заморгала быстро, пытаясь прийти в себя. Зрачки расширились, когда она посмотрела на шторы, сквозь которые слабо пробивался лунный свет.