Выбрать главу

— Я знаю, о чём вы думаете, — Элис попыталась внести в свои слова ясность, сквозь физическую напряжённость в теле. Она сама старалась не поддаваться панике. — Но то, как он выглядел не сходится с тем, какое «музыкальное сопровождение» было в ту ночь, когда Полуночный человек напал на него. Мы все слышали, как его рвут на части, верно?

Розалинда закивала, Доминик же замер, но глядел на девушку так пристально, что явно слышал каждое её слово.

— Кассиан в Ином мире был другим. Не скажу, что я бы пошла с ним на свидание в дорогой ресторан, но он выглядел прилично для мертвеца, по крайней мере. Это лишь теория, но мне кажется...

— Нет, нет! Это логично, — подскочила на месте Ландри, приободряюще обнимая подругу. — В Ином мире мы ни разу не видели людей, кроме нас. Нотли мог стать его частью.

— И это уже что-то новое, — Харланд резко выдохнула через нос, потирая ладонями своё лицо. — Новая теория – полуночная игра всего лишь верхушка айсберга. В этой чёртовой академии есть что-то ещё, что-то древнее.

— И ещё голоднее, — добавила Розалинда.

Доминик нервно захихикал, оголив зубы. Он задрожал, пока Элис не стала успокаивающе поглаживать парня по спине и шее, разминая зажимы в мышцах.

— Что мы будем делать? Так и будем прятаться за соляными кругами и будем надеяться на лучшее?

Девушка не рассмеялась в ответ, но уголки напряжённых губ дёрнулись.

— Всю жизнь я бегать от этой дьявольской дряни не собираюсь, — хмыкнула Харланд, криво улыбнувшись. — Сначала надо выяснить, что на самом деле случилось с Линдой Мосс. Если это был не Полуночный человек... — она замолчала, переводя взгляд на возвышающуюся Пятую башню. — Тогда тот, кто её убил, всё ещё бродит по академии.

— И как мы это сделаем? — хмыкнул парень, которого поддержала Ландри своим пожатием плеч, выглядя такой же раздосадованной. — Если мы кому-нибудь расскажем, то нас сразу запрут в комнате с мягкими белыми стенами.

Это была правда. Само по себе всё это казалось полнейшим абсурдом даже когда они обсуждали это между собой.

Взгляд Элис заскользил по двору, наблюдая за тем, как порывы ветра швыряли сухие листья по земле. Её зелёные глаза упали на знакомый Мерседес-Майбах чёрного цвета, припарковавшегося за кованными воротами академии.

— У меня есть идея, — девушка кивнула подбородком в сторону Паула, обращая внимание ребят на помощника мистера Миллера. — Рискованная.

Элис даже не сомневалась, что Розалинда и Доминик поддержат её, а увидев их широкие улыбки, эта уверенность лишь укоренилась в ней.

— Риск – моё второе имя, красотка.

— Кто не рискует, тот не пьёт шампанское, — поддержала друга Ландри. — Я с вами.

Залитый солнечными лучами двор на мгновение показался Элис теплее, чем был.

Когда они пересекали двор, ветер обдувал щёки Элис. Свежий осенний воздух доносил до неё отдалённый гул смеха студентов, который ощущался девушкой неуместным.

Пальцы подёргивались по бокам, никотиновая ломка вызывала мурашки по коже, нарастая параллельно нервозу. Рука скользнула к карману брюк, нащупывая успокоительное, но не решаясь принять его, стеснялась своего недуга.

Впереди вырисовывался «Мерседес», элегантного чёрного цвета, солнечные лучи отражались от его капота.

— У мистера Миллера есть вкус, — Доминик тихо присвистнул себе под нос.

Элис не ответила. У неё перехватило дыхание, когда она увидела Паула Чендлера, возвышающегося над автомобилем. Взгляд упал на начищенные туфли, кожаные перчатки, безупречный костюм, идеально сидящий на широких плечах, и смольного цвета волосы, зачёсанные назад.

Лицо Паула была наполовину в тени, линия челюсти выделялась. Галстук был ослаблен, а рукава закатаны до локтей. Предплечья мужчины опирались на кузов, пока он смотрел на приближающихся студентов. Взгляд мистера Чендлера был тёплым как всегда, но Элис казалось, что она видела в них что-то расчётливое.

Поднялся порыв ветра, разнося сухие листья с шелестом по асфальту. Пульс девушки участился, а кожа покрылась мурашками, но не от холода, а от тяжести того, что необходимо было сказать.

«А необходимо ли было рассказывать ему всё?» — слова, застрявшие в горле, имели привкус соли и дыма. И в первые за долгое время она поняла, что не знает, с чего начать.