Выбрать главу

Она вновь повернулась корпусом вправо, вглядываясь в темень правого коридора. Вдох. Выдох.

Набирая побольше воздуха в лёгкие, Розалинда медленно зашагала вперёд, стараясь ступать как можно тише на пол.

Холли не цеплялась за попутчицу, но шла практически вплотную к ней, боясь, что её кто-то схватит сзади.

Шаг за шагом девушки преодолевали злосчастные метры, задерживая дыхание.

Глухие удары нервировали. Привлекая внимание к себе, они мешали сосредоточиться.

«Заткнись, заткнись, заткнись», — злоба стремительно подступала, смешиваясь со страхом.

Ещё чуть-чуть и Розалинда готова была развернуться на пятках, дабы разобраться с этим шумящим идиотом ударом по голове ножкой от стула.

Внезапно телефон моргнул в её кармане, с звонким риском уведомляя о низком заряде батареи. Писк эхом пронёсся по коридору.

Девушки в панике замерли, прислушиваясь к звукам. Секунда, две, три. Тишина.

Было так тихо, что Ландри слышала биение собственного сердца.

Синхронно они сделали пару шагов вперёд, двигаясь гуськом, как внезапно дверь, мимо которой девушки проходили, резко распахнулась.

Основной удар пришёлся на Розалинду, ударив её по носу. С визгом студентка плашмя упала на пол, держась руками за кровоточащий нос.

Холли успела отскочить в сторону, но некто крепко схватил её за предплечье, утягивая в комнату.

— Нашёл вас!

Столкнувшись с тем, кого она только могла слышать, Холли почувствовала, что от ужаса рухнет в беспамятстве прямо перед его ногами.

Это был мужчина средних лет, явно брезгующий гигиеной, выше девушки на целую голову. От него разило спиртом и сладковато-металлическим запахом крови. Его округлившееся волосатое брюхо, плечи и борода были покрыты жидкостью непонятного происхождения. В тусклом свете луны за длинными окнами с ржавыми, но тем не менее крепкими решётками, сверкали его глаза яркими огоньками.

— Милая, — бормотал еле слышно мужчина, мощной хваткой схватив Холли за предплечье.

Его крючковатые пальцы, изгвазданные в грязи и неизвестной дряни, больно сжимали нежную девичью кожу, норовя проткнуть верхний слой эпидермиса насквозь. От них разило омерзительным амбре, от чего нутро выворачивало наизнанку.

Холли заорала, не жалея голосовых связок. Крик эхом проносился по нынче бесхозному заброшенному помещению. Раз за разом её отчаянный вой повторялся, словно не она одна, а десятки молодых девушек молили о спасении.

Этот визг привёл окрылённого находкой мужчину в чувство. Игнорируя попытки девушки вырваться, он попытался дрожащими пальцами завести циркулярную пилу.

— Громче, громче, громче! Кричи громче, сука!

Из его рта, насыщенного гнилыми зубами, вылетали слюни, окропляя девушку и замызгивая седую бороду и подбородок. Щёки мужчины пылали. Багрянец, что столь отчётливо выделялся на мертвецки-белой сухой коже лица, был точно таким же, каким девушка видела на лица осуждённых каннибалов в некогда прочитанной новости о серийных убийствах.

Отвращение и страх смешивались в кашу, создавая новое чувство – не менее глубокое и сильное.

Щелчок. Пила пришла в действие с громогласным рёвом.

Ушные перепонки едва не полопались от вопля Холли, смешавшегося в какофонию с гудящим оружием. Девушка почувствовала, как острая боль выстрелила в виски.

Розалинда вскочила на ноги. Бойко и резкими движениями она стала выдёргивать руку одногруппницы, от чего его заострённые отросшие ногти сильнее травмировали кожу, даря всё новые крайне болезненные порезы.

Слёзы градом текли из глаз, подначиваемые нарастающей истерикой. Крик из уст Холли не замолкал.

Розалинда не помнила точно тот момент, когда именно хватка урода ослабла. Хотел ли он перехватить «аппетитную» конечность, чтобы удобнее было расправиться с пойманной добычей – она не знала. Но этой доли секунды хватило для того, дабы совершить резкий удар ногой по мужскому колену и вырвать руку старосты из крепкой хватки.

Хруст. С яростным возгласом полного нестерпимой боли он непроизвольно выпустил жертву, падая на пол.

— Тварь! — орал мужчина, растирая колено пальцами и грубой короткой мышцей, отводящей большой палец.