– Правитель Гиллард, – Брог склонился голову. Отец подошел к нему и похлопал по спине, словно приветствовал старого друга.
В детстве Брог вселял в меня ужас. Напряженное, изборожденное шрамами лицо и вечно сдвинутые к переносице брови, серьга-кольцо в левом ухе. При каждом шаге раздавался лязг металла его оружия и брони. Серые глаза настороженно всматривались в каждого, пронизывая холодом до самых костей. Враги трепетали перед его мечом, а солдаты беспрекословно шли на смерть под его рычащие приказы.
Отец хмыкнул при виде своего верного боевого пса и горделиво расправил плечи.
– Удалось выбить что-то из пленного торговца?
– Да, мой господин. Он рассказал о ритуале Ашкаар. Некоторые торговцы вытягивают Мидор из людей, чтобы совершить долгие переходы и не обезуметь в пустыне. Этот торговец не знает подробности ритуала, лишь описал его в общих чертах. На первых его стадиях жертва ритуала сильно напоминает заболевшего тенью, но всё протекает быстрее. Рядом помещается артефакт, тоже камень, как и в зале чаши, но меньшего размера. Он вытягивает из жертвы чёрную кровь вместе с магией. Мы еще не получили информацию, как они используют этот артефакт и извлекают из него Мидор. И торговец не знает подробностей, как совершить сам ритуал.
Во время рассказа я переводил взгляд с отца на Брога. От спокойствия военачальника волоски на коже вставали дыбом. Он рассказывал, как человека заражают смертельной болезнью ради того, чтобы вытянуть из него Мидор, словно докладывал о ежедневном дежурстве у ворот города. Отец же, напротив, потирал руки и хищно облизывал губы. Он слышал именно то, на что надеялся.
– Отлично, осталось найти того, кто знает о ритуале. Еще немного, и мы освоим ритуал Ашкаар и тогда сможем обеспечить Аэстрис.
– Ты хочешь обратиться к тёмной магии, чтобы спасти Аэстрис? – я подошел к отцу.
– Я обращаюсь не к темной магии. Я обращаюсь к нашему единственному шансу на спасение. Мидор иссякает, Аэстрис на грани гибели. Но я не позволю, чтобы на моём веку город пал. И если ты наконец повзрослеешь и возьмешь на себя ответственность за город, ты поймешь и согласишься с моим решением. Нам нужен Мидор, чтобы армия смогла достичь ближайшего города. Война неизбежна, и мы не будем дожидаться, пока на нас нападут. Мы ударим первыми и отнимем их артефакт.
– А кого ты собрался отправить на жертвенник Ашкаара, чтобы напитать целую армию? – я сглотнул комок, стоящий в горле.
– В городе слишком много бездельников. Целый район больных тенью, мы не можем им помочь, а их родственники лишь продлевают их страдания, растрачивая бесценный Мидор.
Я ощутил, как холод прокатился волной по позвоночнику и, словно тяжелая змея, лёг мне на плечи, крепко сдавливая горло.
– Ты готов убивать свой народ ради войны? Чтобы напитать солдат и отправить их грабить другой город, забирая артефакт, а с ним и надежду у тысяч людей. Отец, разве все эти жертвы стоят этих временных решений? Мидор всё равно иссякнет, что будет тогда?
– Когда мы завоюем другой город и сможем заполучить их артефакт, мы не будем обрекать его жителей доживать последние месяцы без всякой надежды на спасение. Они тоже отправятся на жертвенник Ашкаара и смогут помочь другим жить дальше. Аэстрис будет стоять еще сотни лет.
Вот что имела в виду мать, когда спрашивала меня о городе. Отца не волнуют жители и ему безразлично, что Аэстрис будет стоять на костях. Его волнует лишь то, что Аэстрис выживет.
– Правитель, – прогремел Брог, – торговец подтвердил наши догадки о Храме Древних
– Превосходно. –Отец подошел ко мне и положил руку на плечо. – Ты отправишься с небольшим отрядом за гряду в Пустоши, выступаешь завтра. Нам стало известно, что Храм Древних – не такой уж и миф и не выдумка старой легенды о магах, живших до войны. Храм существует, и в нем находится источник Мидора и богатства самих Древних. Если мы найдем Храм и справимся с силой источника, нам не придётся прибегать к тёмным ритуалам так часто.
/Бригон/
После разговора с отцом в ушах стоял гул. Я вышел в коридор и направился к Залу Чаши. Впервые я отчетливо понял, на что отец готов пойти ради сохранения города. Эти откровения разгоняли кровь по телу. Она гулко билась в венах на шее. Я прислоним холодную руку ко лбу, пытаясь хоть как-то унять бег мыслей.
– Дорогой мальчик, с тобой всё в порядке?
Я заметил Жреца Храма Мидора недалеко от себя. Его скрюченное от возраста тело приближалось ко мне. Одной рукой он придерживал ветхую коричневую рясу, путающуюся в ногах и мешающую ему быстро идти. Жрец приблизился почти вплотную, заглянул в мои глаза. Его желтоватые белки, влажные веки и практически исчезнувший цвет радужек навевали тоску и отвращение. Я отстранился и выпрямился.