Так просто сложилось
в новых двадцатых
и новой войне.
Никто не хотел стать частью истории —
Niemand wollte Teil der Geschichte werden, —
думаю я, как они,
на двух языках.
Но я очень хочу, чтоб меня узнали в архиве
и всех тех, кто был рядом.
Не быть частью истории,
а быть простой доброй памятью,
и, наверное, я поэтому всё время перечисляю
людей в своих текстах.
Чтоб они не отняли у нас власть памяти.
Чтоб никто больше не стёр человека.
Мода, ну и вообще вестиментарный мир как политическое послание — вот что меня занимает.
Кейс такой: есть моя старая приятельница, академическая музыкантка, по происхождению из рабочего класса и всего добилась сама. Она очень ригидна в убеждениях и гордится тем, что мало разбирается в актуальной культуре. Ну, как пример, она не знает ни одной песни Леди Гаги и даже не смотрела «Титаник», потому что она «за серьёзное», а Кельвин Кляйн — это какой-то актёр. Она искренне не понимает, когда я говорю о том, что одежда — это послание, которое человек совершает каждый день, и это очень важное послание. Не понимать его — себе вредить.
И тут я решил разобраться с косоворотками. Почему мне так важно надеть именно эту рубашку, которая, как ни крути, с доставками и наценками выйдет как популярный актёр Кельвин Кляйн в ближайшем торговом центре, а геморроя меньше.
Итак:
Это производство именно независимого бренда. В чём политическое послание? Носитель скорее капиталист (ценит малый бизнес) и скорее либерален, чем авторитарен (ненормативный в Западной Европе, совсем не популярный фасон). Мы можем понять примерное место в системе политических координат.
Это именно косоворотка. Это не украинский фасон, не белорусский, не сербский, не польский, не какой-то условный косплеерский, а именно русский этнический фасон, и он используется на важном событии и в важном контексте — на заключении однополого брака между гражданином России и гражданином Германии в Западной Европе в 2025 году. Политическое послание следующее (и наиболее важное): я заявляю, что никто не отнимет у меня мою идентичность, я её помню, и никто не может меня исключить. Никто из квасных и «правильных» великодержавных ура-долбоёбов не лишит меня того, что дано по рождению. Это противопоставление аутентичной идентичности идеологизированному образу «правильного русского», который насаждают истеблишмент и РПЦ. Мысль старая как мир: те, кто громче всех кричит «мы защищаем чё-то там», на деле защищают не людей, а власть и её интересы. Если я кого-то и защищаю (вряд ли), то определённо людей, а не Путина.
Это современный крой и современный материал. Это не костюмерная народного ансамбля. Политическое послание: я современный человек и уважаю наше разнообразие. Я целую самого левого и прекрасного в своей ненормативности человека, и для меня это потрясающе ценно. По вечерам мы смотрим South Park, Fargo и те мультики типа «Вуншпунш» и «Принцесса Сисси» на трёх наших языках, потому что одинаково взрослели в глобальном мире и смеялись над одними и теми же персонажами на расстоянии тысяч километров. А ещё я говорю, например: «Брось читать Достоевского, он неутомимый мозгоёб» и «Как ты мог не смотреть Фассбиндера? Вы вообще не знаете своих великих киношников, я щас расскажу». Это же так здорово, когда есть и общая глобальная культура, и обмен, и при этом твёрдая память о том, откуда ты.
СЕРГЕЙ: Ты выглядишь таким декадентом в моих футболках и с табаком. Тебе можно зарабатывать на печали.
ЯСПЕР: А тебе идёт быть рыцарем.
СЕРГЕЙ: Это ты рыцарь по титулу, это твой герб. Я всего лишь жених, я из репрессированных сословий.
ЯСПЕР: Ты — моя семья.
СЕРГЕЙ: Я всегда хотел семью. И быть рыцарем. И лошадь. Но у нас всё пиздец.
ЯСПЕР: Wird schon.
СЕРГЕЙ: Ну ок.
Заплёл Ясперу косички — и ему идёт. У его фамилии красивый рыцарский герб с царицей небесной. А я — высшее кулачество. Я смеюсь, что у нас с ним династийный брак: с тебя титул, с меня бабки.
Ненавижу доказывать своё право на жизнь, на нормальную жизнь. Это приходилось делать в России, и я продолжаю это делать в Германии. Никто не понимает, что такое «политическая защита», каждый шаг — это миллион избыточных бумаг и доказательств в любом, абсолютно любом деле. А ты просто хочешь жить как нормальные люди, ты хочешь семью, мужа, домик и продолжать свою честную работу о гуманизме, в которую веришь. В конечном счёте, ты действуешь в интересах страны, демократии, экономики, блин, это же очевидно.