Эти разговоры точно известны французскому правительству, а от последнего и Бенешу. В этих разговорах Тухачевский весьма серьезно развивал тему возможности советско-германского сотрудничества и при Гитлере, так сказать тему “нового Рапалло”.
Эти разговоры несколько обеспокоили Францию…
Для него (Бенеша) возникла проблема, что делать, если советское правительство действительно вернется к какой-нибудь политике “нового Рапалло”.
В этой связи Бенеш задал риторический вопрос, где средство для защиты Чехословакии, и без обиняков отвечал на этот вопрос, что тогда Чехословакия тоже должна была бы заключить соглашение с Германией. Это было бы началом чехословацкой зависимости, но другого выхода не было. Гитлер вовсе не стремится к тому, чтобы физически немедленно уничтожить Чехословакию, но он хочет “союза” с ней. На чехословацком языке это означало бы зависимость, вассальное состояние, а Бенеш не для того потратил столько лет на освобождение от австрийского ига, чтобы принять германское ярмо».
Тут опять возникает историческая аналогия. Когда декабристы начинали подготовку к так называемому восстанию, то все «общество» широко обсуждало как цели заговорщиков, так и возможность участия в нем или осуждения. Это была своего рода салонная игра. По словам А. Пушкина, о заговоре знали все, кроме жандармов.
Так и тут, в европейских государствах спокойно и внимательно наблюдали за подготовкой государственного переворота в СССР и оценивали возможные перспективы.
Бенеш говорил, что «Москва должна самым серьезным образом оценить эти его заявления и раз и навсегда понять, что Чехословакия хочет быть свободной в полном смысле этого слова. Она не примет никогда никакого диктата, но она будет драться за свою свободу, за демократию, за европейский мир. Поскольку это является и задачей СССР, постольку политика Бенеша как аксиому принимает неизменность советско-чехословацких дружественных взаимоотношений».
«…В этой связи Бенеш задавался и таким вопросом: что произошло бы, если бы в Москве победил не Сталин, а Тухачевский?
Тогда Чехословакия вынуждена была бы оставаться в дружбе с Россией Тухачевского.
Но Чехословакия тогда была бы вынуждена достигнуть соглашения с Германией, а это опять-таки было бы началом зависимости либо от России, либо от Германии. Вернее всего от Германии, ибо Россия Тухачевского не постеснялась бы заплатить Германии Чехословакией…»
«…Бенеш ценит именно “нынешний СССР” потому, что он не предъявляет претензии на Чехословакию и ее свободы.
В заключение Бенеш еще раз повторил, что расценивает московские процессы как признак укрепления СССР…»
Короче, заговор Тухачевского прежде всего напугал окружающие СССР страны. И тогда никому в голову бы не пришло говорить о неправомочности правительства СССР в отношении права казнить врагов-изменников.
Интересно, сколько бы сейчас, к примеру в США, дали таким людям пожизненных сроков? А уж до Второй мировой их расстреляли бы в любой стране мира.
Только социальная паранойя последних пятнадцати лет породила шизофрению в умах моих сограждан. Ну а та сволочь, которая объявила героями-мучениками зажравшихся дворян-предате-лей… Тут уж ничего не сделаешь…
Тухачевский, конечно, для всех был врагом СССР, предателем! своей страны, подонком с погонами маршала, но «своим» подон-|ком! (Как Самоса для США.)
1 Но как только мы делаем два шага через границу и попадаем в Россию, то оказываемся в дурдоме: для русского народа заговора вообще не было, а был параноидный и немотивированный террор, развязанный кровавым тираном.
Вот в том-то и состоит трагедия всего народа, что он считает ерундой, и ерундой раздражающей, любую попытку докопаться до реальности своего же прошлого. Русский народ — одним словом! А народ русский воспринимает мир как он есть.
Белинский: толпа — это собрание русских людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету. Общность предания является показателем социального уровня организации, сплачивающей толпу русских людей в единое целое. «Рассуждение по авторитету есть интеллектуальное иждивенчество, и это есть основное умственное качество толпы». А я бы к этому добавил, что народ сурово охраняет эти предания. Вот только всегда надо бы выяснять, откель они берутся?
Даниэль и Синявский позволили себе сказать, что в России живут воры и пьяницы, и получили срока за это. И я бы их посадил, так как они почему-то «не заметили» главный контингент России — русский народ — нелюбопытных, злобных, внушаемых, заскорузлых дебилов, которых исторически отличает от хомо сапиенс всей Вселенной убеждённость в реальности бытия не объективно существующей, а той, которую определяет последняя статья в «Аргументах и фактах» и последняя киношка по TV. А не дай Бог, русский человек одолел лет за десять одну книгу Волкогонова или Солженицына. И всё — обрёл истину в последней инстанции.