Стратегическая характеристика М/С — самоценность. Критерий во внешнем мире отсутствует, он Там («Царство Моё не от мира сего»). Поэтому часто он опережает время и общество, спокойно принимая титулы шизика или мудилы (с регионально-профессиональными вариантами наградного прототипа).
Носитель М/С — изначальная структура, эйдос, и потому его естественное стремление — упорядочить мир, развивая его, если это необходимо, выстраивая рациональную конструкцию, решётку взаимосвязей, исключая лишние пункты паразитарного посредничества. Можно сказать, что его критерий в любой форме направленного творчества и преобразовательных начинаний — абсолютная рациональность в функциональной лаконичности.
М/С создаёт иерархию функциональности, «орднунг». И это оно создаёт чёткие границы. Как почтительные границы взаимоотношений между людьми — носителями изначальной монады-микрокосма, так и границы мысли и слова, понятий, определений, и Законов бытия и общества.
Женщина — это материя, природа, компаунд для структуры. Это та самая объективная реальность, «в которой мы объективизируем наше сознание и представление о мире вне “Я”». Это и есть человек в его мирском смысле. Это его мирскую природу выразил К. Маркс, сказав, что «цель человека — стремление к наслаждению и избавлению от страданий». А я бы дополнил Маркса: цель человека — построить такое общество, где при полном уничтожении страдания человек будет испытывать наслаждение в самом процессе бытия. Ж/С принимает мир, как он есть, вне оценок, руководствуясь внутренним мерцающим хаосом изначального протожелания обладать всем миром. Ибо оно (она) и есть этот мир. Ж/С, как ребёнок, воспринимает мир как свою собственность, пока мир не поставит границы его притязаний. А случайно присущая конструктивная способность воспроизводить формального человека создаёт иллюзию безсмертия. Что и соответствует истине, так как вся материя, неразрывной частью которой является формальная единица-носитель Ж/С, по-мирски безсмертна. Радикальной крайностью Ж/С является «сверхчеловек», по несчастному Ницше, который сам не заметил, что создал образ невозможного идеала — жёсткого по форме и сути Сущего, как раз и вообще не имеющего внутренней структуры, внутреннего критерия. Это статичный хаос. Ведь стоять над Законом и Моралью можно тогда, когда кто-то уже создал закон и мораль. Сверхчеловек Ницше — это женщина, где Ж/С=1. Это конструктивный идеал-абсурд, вроде еврейского слова «бабахер».
Ж/С в «мужском» мире — это прежде всего паразитарные формы самоутверждения, это анархист, бандит-безпредельщик, уголовник. Это, кстати, наглядно подтверждается всем известным фактом: среди уголовников считается «мужским» поступком совершить половой акт с мужчиной, принимая на себя активную роль. Но активный педераст как раз и есть крайняя форма женского психосексуального самоосознания. Мужчина (реальный) просто не в состоянии совершить активный половой акт именно с мужчиной. Мужская психосексуальная сфера, которая ищет дополнения в противоположной сути, прежде всего не включит ту же мышцу Хьюстона (по-русски — не встанет). Просто формальная аналогия мешает увидеть очевидное. Женское начало, как предсказал О. Вейнингер, выразит себя в конце XX в. в диктатуре психосексуального гермафродитизма. Тотальная внутренняя феминизация заставит формальных мужчин искать имитационные формы жизни и деятельности, внешне повторяющие формальные проявления мужского «Я». Будут развиваться экстремальные формы проявления, которые при отсутствии мужской сущности внутри превратятся в дурной спорт, в формальную ненужную браваду, в «понты». Это и культуризм, и всеобщая мода на «крутых». Вместо естественного аскетизма мужчины, живущего просто вне чувственных привязок, будет развит во всех формах социальный комплект типо-образов: «волков-одиночек», «воров в законе» «суперменов» — вроде Сталлоновых, Сигаловых и Вандамовых сотоварищи. Исчезнет вид мужского созидания. Людей, вроде Г. Форда, Сикорско-го, Дизеля, Бенца да хоть тех же Морганов и Рокфеллеров, Сесила Родса и Бисмарка, заменят внутренне ватрушечные олигархи. И не думайте, что они — злодеи, которые разрушают и разворовывают накопленные предыдущим поколением богатства. Они даже не то, что ничего не умеют или несут злое начало, они ничего не хотят. Они не могут генерировать развитие, у них нет сущностной самодостаточности и эйдоса мотивации. Они только играют в волю руководителя, они безплодны по природе паразитарного (педриль-ного) начала. Они — респектабельные и вальяжные анархисты. Тот же Абрамович, купивший футбольный клуб, — формально мужская форма начинающей стареть женщины, которая украшает мужчинами свой салон. Он, как и все женщины, всего лишь декоратор.