«Мандумерус, говоришь?» Хиларис сразу меня поняла. «Я узнаю».
Я позволил ему продолжать идти по этому пути. В долгосрочной перспективе я мог бы уклониться от своих обязанностей и отправиться в Рим. В Риме меня, возможно, будут донимать вопросами, но я чувствовал, что справлюсь. Илларис будет жить с наследием той бойни в таверне, пока останется в Британии. Королевские связи были довольно деликатными. К тому же, один из частных домов семьи Иллариса находился в Новиомагусе, всего в миле от дома короля. Бедный дядя Гай был обременён личной враждой между «плохими соседями», мягко говоря.
–Марко, а ты не считаешь, что Тогидубно сам наказал Вероволко таким образом?
«Ужасная идея!» — улыбнулся я. Хиларис мне нравился, но коварные умы бюрократов никогда не переставали меня удивлять. «Король был разгневан опрометчивым поступком этого человека… но ещё больше он разозлился на меня за то, что я это раскрыл».
– Ну, на данный момент у нас небольшое преимущество.
«Надеюсь, ты не предлагаешь нам его спрятать!» — саркастически предположил я.
Услышав это, Флавио Илларис, похоже, был по-настоящему шокирован.
«Клянусь всеми богами, нет! Но у нас есть немного времени, чтобы выяснить, что произошло… прежде чем король начнёт изрешетить нас арбалетными стрелами». Этот спокойный и культурный человек использовал выражение, более характерное для кавалериста…
Он вспомнил, что в дяде Гайо, добром человеке со вкусом, было что-то большее, чем замечали большинство людей.
Я чувствовал, что сейчас произойдет. — Ты хочешь сказать, что именно у меня есть время сделать это?
«Конечно», — он радостно улыбнулся мне.
Я вздохнул.
– Ну, спасибо.
–Дидио Фалько, нам очень повезло видеть вас здесь!
Конечно. Эта ситуация была мне слишком знакома; клиенты уже пользовались ею в прошлом: я был замешан. Я выманил жертву с его территории, и хотя я убеждал себя, что он погиб в незнакомом баре, я чувствовал себя виноватым. Так что я оказался в ловушке.
IV
– О, Джуно! Я думал, мы оставили всю эту ерунду позади.
«Моя сестра Майя жаловалась. Все мои сёстры, как известно, презирали мою работу. Майя, пусть и жила почти в двух тысячах километров от дома, но она хранила традиции Авентина. «Марко!»
Британия, может быть, и небольшая провинция на задворках Империи, но разве все, что здесь происходит, должно быть связано со всем остальным?
«Довольно необычно утонуть в бочке вина», — тихо сказала Элия Камила.
-Что «Бочка?» — усмехнулась Майя. «Я думала, человека столкнули в колодец».
– Это одно и то же. Вино – очень популярный импортный продукт. Его часто привозят из региона реки Рен в Германии, в огромных деревянных бочках, которые потом очень пригодятся для облицовки колодцев, что не требует больших затрат.
Элия Камила, жена прокуратора, была спокойной и умной женщиной, невозмутимой матерью выводка чрезвычайно оживлённых детей. Как и её муж, она была более компетентной и гораздо более доступной, чем казалась. Эта бескорыстная пара была рождена, чтобы представлять Империю за рубежом. Они были разумны, справедливы. Они воплощали благородные качества Рима.
Это не добавило им популярности среди коллег. Так никогда не бывает. Они, казалось, ничего не замечали и никогда не жаловались. Их опыт
Их положение в Британии воодушевляло их. При другом императоре они вполне могли бы быть преданы забвению. При Веспасиане же они процветали на удивление.
Небольшая напряжённость между Элией Камилой и моей любимой сестрой Майей огорчала нас с Хеленой. Многократное материнство не вызывало у нас привязанности. Майя — современная, жизнерадостная, вспыльчивая и прямолинейная — была женщиной другого склада. По правде говоря, Майя сияла совсем не так, как большинство людей.
Это была его проблема.
Эта сцена произошла после обеда. Все чиновники жили в резиденции прокурора, поскольку дворец губернатора ещё не был построен. Жизнь за границей – это жизнь в коммунах. Дипломаты к этому привыкли. Обедали без губернатора; Фронтинус отнёс поднос в его кабинет.
(Пока я председательствовал на ужине, который всегда был официальным и довольно обременительным.) Итак, в тот момент прокуратор с женой ели песочный хлеб с оливками, устав от путешествия в одиночку с четырьмя взрослыми из моей компании. Они были гостеприимной парой. Когда они в первый раз настояли на том, чтобы я привел Елену Юстину в гости, они знали, что мы с двумя нашими маленькими дочерьми… хотя и не подозревали, что меня сопровождают моя темпераментная сестра, её четверо озорных и непоседливых детей, две нервные собаки и мой ворчливый друг Петроний. К счастью, два сварливых брата Елены и мой буйный племянник остались на юге, чтобы поохотиться и напиться. Они могли появиться в любой момент, но я об этом не упоминал.