Некоторые бывшие сотрудники ЦК КПСС ныне говорят, что новое советское руководство предпринимало усилия для нормализации отношений с Пекином, но сказалась инерция прошлого, и потому ничего не получилось. В какой-то степени могло быть и так, по едва ли старые ссоры явились главной причиной дальнейшего обострения отношений. Ведь в 60-е годы Мао Цзэдун вверг свою страну в такую череду бед, на фоне которых отношения с СССР выглядели делом отнюдь не первостепенной важности. Так что прямая конфронтация с СССР была не следствием старых обид, а частью продуманной игры председателя Мао. Что же касается изменений персонального состава советского руководства, то они были не столь и велики: практически все, кто поддакивал Хрущеву в перебранке с китайцами, так и остались на своих должностях.
Было бы наивным считать, что брежневское руководство занималось исключительно уговорами. Видя, что отношения с Китаем ухудшаются, Москва принимала меры. О некоторых из них пишут зарубежные исследователи [29]:
Новое советское руководство во главе с Леонидом Брежневым (который сверг Хрущева в октябре 1964 г.) отреагировало на конфронтационную позу Пекина, усилив экономическое и военное давление. На раннем этапе конфронтации Советы отозвали жизненно важный экономический персонал и советников из КНР. Москва также инициировала долгосрочное наращивание вооруженных сил на советском Дальнем Востоке. Советские силы резко выросли после 1965 г. — с 17 до 27 дивизий к 1969 г. (и до 48 дивизий к середине 70-х годов). Москва также решила развернуть баллистические ракеты среднего радиуса действия СС-4, а также ракеты короткого радиуса действия (СКАД и ФРОГ). Другие инициативы имели целью усиление пограничного контроля вдоль границы с КНР. Усиливая геостратегическое давление на Пекин, Москва также заключила договор о дружбе с Монголией сроком на двадцать лет. Договор предусматривал объединение советско-
монгольских оборонных усилий, а также размещение
от двух до трех советских дивизий в Монгольской Народной Республике.
И все же события 2 марта 1969 г. прозвучали в Москве как гром среди ясного неба. Теперь Кремль был вынужден отбросить в сторону все нормы коммунистического политеса и объяснить советскому народу, как и почему наш ближайший сосед и друг пошел на нас войной. Заодно требовалось сплотить людей, дабы некоторые граждане не усомнились в правильности политики КПСС.
В партийных комитетах на местах внимательно вчитывались в строки ноты Советского правительства правительству КНР от 2 марта 1969 г. (Приложение 4). Опытные аппаратчики знали: там четко и ясно указано, на что обратить внимание в разворачивающейся кампании.
После краткого, без подробностей, изложения произошедшего нота включала следующие утверждения:
1. Организаторы провокации — китайские власти, цель провокации — обострение обстановки.
2. Провокаторам и впредь будет даваться отпор, а ответственность за все возможные последствия понесет китайское правительство.
3. Китайский народ ни в чем не виноват.
В ноте сообщалось, что с советской стороны есть убитые и раненые, однако конкретные цифры не приводились. Для наиболее догадливых читателей это послужило сигналом: потери немалые.
О погибших китайцах в ноте вообще ничего не говорилось, и это порождало неправильное восприятие случившегося: получалось так, будто китайцы напали, убили неизвестное число советских солдат, а потом просто спокойно убрались восвояси. Многие рядовые
советские граждане удивлялись: это что же за беспомощность наших военных?!
Несколько дней никакой новой информации о произошедшем на Даманском не поступало, было лишь краткое сообщение о похоронах жертв провокации, состоявшихся 6 марта.
Неожиданно 7 марта в Министерстве иностранных дел СССР была организована пресс-конференция, на которой заведующий Отделом печати МИД Л.М. Замятин сделал заявление о событиях 2 марта (Приложение 5). Именно Л.М. Замятин впервые официально огласил цифру потерь советской стороны — 31 пограничник погиб, 14 ранены. Далее Л.М. Замятин и заместитель начальника Главного управления пограничных войск СССР генерал-лейтенант П.И. Ионов ответили на многочисленные вопросы корреспондентов.
В этот же день состоялся митинг у китайского посольства в Москве.
Хорошо организованные колонны рабочих, студентов, инженерно-технических работников, представителей творческой интеллигенции и других категорий граждан пришли к посольству Китая, чтобы выразить протест виновникам кровопролития. Митингующие несли транспаранты, на которых были написаны лозунги. Вот наиболее типичные из них: «Долой клику Мао Цзэдуна!», «Советские границы неприкосновенны!», «Позор пекинским провокаторам!», «Политика Мао — трагедия для Китая!», «Советский народ всегда с КПСС!» и др.