Выбрать главу

Annotation

Начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Франц Гальдер был полностью в курсе всех планов Гитлера, начиная с 3 июля 1940 по 21 июня 1941 года, и всех военно-политических событий этого периода. Автор анализирует и широко цитирует его дневники, в которых день за днем раскрывается история подготовки агрессивной войны против СССР.

В советские времена в качестве объяснения причин крупнейших неудач Красной Армии летом 1941 года, наряду с тезисом о внезапности нападения, было в утверждение о всеобщей моторизации вермахта и массового оснащения немецкой пехоты автоматическим оружием. Так ли это? Ю. Г. Веремеев на отдельных примерах показывает, что собой представляли боевые подразделения вермахта и Красной Армии в разные периоды войны.

Юрий Веремеев

Предисловие

Юрий Веремеев

Мифы и правда о плане «Барбаросса»

Предисловие

В этой книге я представил все записи генерала Гальдера, относящиеся к России, начиная с 3 июля 1940 (до этой даты нет ни единой записи о России) по 21 июня 1941 года (на следующий день началась война, и вопрос подготовки к ней отпал).

Конечно, читать эти гальдеровские часто малопонятные, обрывочные, сухие записи конспективного характера куда как нуднее и скучнее, чем увлекательные, написанные простым, понятным и звонким языком творения Дроговоза, Коротича, Резуна, Зефирова и им подобных, где все элементарно разъяснено, разложено по полочкам, сдобрено вкусными эмоциями; где не надо раздумывать, анализировать, мучительно вытаскивать из памяти (особенно если там в ней и нет ничего), что ты знаешь о событиях этого периода. Только ротик раскрывай и послушно глотай, запоминай. И готово – у тебя есть определенное, твердо уложенное в ячейку памяти мнение. Не надо напрягать свой мозг, анализировать, сомневаться, путаться в противоречиях мнений, ползать по картам, разыскивать истину.

Вот только не окажется ли потом, что снова вас обманули, вложили вам в голову ложные истины? Ведь мы все уже это проходили в советские времена. Только вместо компартийных агитаторов этим же самым, только в противоположную сторону, занимаются демпартийные. И, если первые хоть старались воспитать в нас патриотизм и любовь к Родине, то вторые стараются просто и похабно разрушить в нас все русское. Так что еще неизвестно, кто лжет страшнее и разрушительнее.

Я же предлагаю просто ознакомиться с тем, что писал тогда и для себя один из главных участников тех событий. А чтобы не считать, будто я тоже пытаюсь навязать вам свое мнение, то текст, выделенный курсивом, можете пропускать и не читать, поскольку там изложено мое субъективное и, возможно, неверное мнение. А Гальдера читайте внимательно и делайте свои собственные выводы.

Дело в том, что в 90-е годы в российской демократической военно-исторической и околовоенно-исторической литературе в сознание массового читателя активно стал внедряться тезис о том, что виновником войны между СССР и Германией является не Гитлер, а Сталин, что именно Советский Союз готовил крестовый коммунистический военный поход в Европу с тем, чтобы насильственно установить коммунистические режимы в странах Европы, и Германии было суждено стать первой крупной жертвой «кровавых устремлений кремлевского диктатора». Что у Гитлера не оставалось иного выбора, как активно готовиться к противоборству с «азиатско-еврейскими ордами большевиков», так сказать, спасать Европу и весь мир.

В подтверждение этого тезиса используются любые самые косвенные, самые туманные и неопределенные сведения от каких-то, от кого-то и где-то услышанных рассказов и писем до пресловутого плана «Гром». И в зависимости от степени вероятности получить ту или иную сумму зелененьких портретов американских президентов, авторы таких писаний как максимум доказывают, что, собственно, первые выстрелы сделали вовсе не немцы, а красноармейцы, как минимум признают, что напал-то Гитлер, но с сугубо оборонительными целями, и он лишь на считанные дни или часы упредил Сталина.

Особенно изощряется в таких доказываниях некий Виктор Суворов (В. Б. Резун). Как на убедительнейшее доказательство, он ссылается на какое-то предвоенное письмо некоего младшего лейтенанта Виктора, якобы найденное немцами в кармане плененного ими сына Сталина Якова. И якобы этот Виктор похваляется, что ему предстоит «прогулка» в Берлин. Самого этого письма, кстати, так никто и не видел.

Более серьезные «исследователи» потрясают неким планом «Гром», якобы разработанным в недрах Генерального штаба РККА в мае 1941 года, рисуя на страницах прессы мутноватые карты с жирными красными стрелами, устремленными в сердце Германии, умалчивая скромно при этом, что сей план (кстати, не имеющий никакого кодового обозначения) представляет собой всего лишь несколько листов писчей бумаги, заполненных от руки заместителем начальника оперативного отдела Генштаба РККА генерал-майором Василевским и никем не подписанные, не завизированные и даже не учтенные как документ (первый и единственный штамп учета в секретном делопроизводстве датирован 1948 годом!). Заметим, что весной 41-го Василевский не был тем знаменитым и вторым по значимости маршалом после Жукова. Это был всего-навсего заместитель начальника одного из отделов Генштаба, т. е. фигура весьма малозначительная, которому можно поручить среди многих возможных вариантов развития событий набросать и такой вариант: «А что могло бы получиться, если бы мы напали бы первыми», что вовсе не означает поручить разработку плана агрессивной войны.

Кое-кто ссылается на речь Сталина на приеме в честь выпускников военных академий 5 мая 1941 года, где якобы он дал установку на подготовку к агрессивной войне против Германии. Ну, во-первых, в самой речи Сталина о наступательной стратегии ни полслова. О том, что вообще наши действия могут иметь при определенных условиях наступательный характер, Сталин говорит лишь в одном из тостов, причем очень неопределенно и в самом общем контексте. Не правда ли, что выбрано довольно странное место, время и характер нацеливания офицеров на агрессию?

Однако разбор и анализ всех этих и им подобных доказательств агрессивных устремлений Сталина не тема настоящей книги. Я лишь прошу читателя обратить внимания на то, как датируются все эти и им подобные «доказательства». Это необходимо для того, чтобы сравнить с датами мероприятий подобного плана, происходившими в Германии.

В более или менее объективных российских работах на тему подготовки войны за точку отсчета, т. е. начала подготовки Германией войны против СССР принимается дата издания директивы № 21 по плану «Барбаросса», а именно 18 декабря 1940 года. А до этого срока шли лишь разговоры да общие прикидки, которые начались в конце июля – начале августа 1940 года. Многих прямо гипнотизирует это слово «Барбаросса».

А ларчик открывается просто – одно кодовое обозначение плана просто сменили на другое. До декабря 1940 года подготовительный план мероприятий войны против СССР кодировался как «план Отто» или «программа Отто». (Это не тот план «Отто» по которому готовился аншлюс Австрии, а еще один под тем же названием. Можно убедиться в этом, прочитав ниже запись Гальдера от 5 декабря 40-го года).

В. Кейтель (начальник штаба Верховного Главнокомандования вооруженных сил Германии (OKW)) в своих предсмертных записках «Размышления перед казнью» в качестве даты начала прикидок по плану войны против СССР называет дату 20 апреля 1940 года, т. е. еще до нападения на Францию! А решение начать подготовку нападения на СССР, по Кейтелю, было принято 31 июля 1940 года.

Теперь сравним эти даты с датой, стоящей на плане Василевского – 15 мая 1941 года. Как-то трудно согласиться с мыслью о том, что германский оборонительно-предупредительный удар начинает готовиться почти за год до того, как в СССР вообще кто-то вроде бы замыслил вроде как агрессию против Германии.

Причем, если в плане Василевского в качестве обоснования действий приводится тезис: «…Учитывая, что Германия в настоящее время держит свою армию отмобилизованной, с развернутыми тылами, она имеет возможность предупредить нас в развертывании и нанести внезапный удар. Чтобы предотвратить это, считаю необходимым ни в коем случае не давать инициативы действий германскому командованию, упредить противника в развертывании и атаковать германскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развертывания и не успеет еще организовать фронт и взаимодействие войск…», то ни в предсмертных записях Кейтеля, ни в дневниках Гальдера, ни в мемуарах других гитлеровских генералов, ни в самой директиве № 21 о прямой опасности нападения СССР на Германию не говорится ни полслова.