— Ну, Танда, — обратился я к ней, сверкнув самой яркой своей улыбкой.
— Позже, красавчик, — живо ответила она. — А сейчас мне надо сбегать по кое-каким делам.
— Делам? — моргнул я.
— Да. Ааз — мастер по части живой силы, но я хотела бы все-таки иметь про запас несколько лишних фокусов на случай, если нам придется жарко, — объяснила она. — Я хочу заскочить в сектор спецэффектов и посмотреть, что у них там новенького.
— Ладно, — согласился я. — Идем.
— Нет, ты не пойдешь, — покачала она головой. — Думается, мне лучше сгонять туда одной. Те места, куда я собралась, не подходят для цивилизованных покупателей. Вы с драконом подождете здесь.
— Но тебе же велено не давать мне попасть в беду! — заспорил я.
— Вот потому-то я и не беру тебя с собой, — улыбнулась она. — А теперь, что у тебя есть при себе в смысле оружия?
— Ну… — нерешительно проговорил я. — В одном из тороков Глипа есть своего рода меч.
— Прекрасно! — обрадовалась она. — Достань его и прицепи к поясу. Он удержит всякий сброд на почтительном расстоянии. А потом… м-гм… жди меня там!
Она показала на странного вида каменное строение с облупившейся вывеской на фасаде.
— Что это? — спросил я, с подозрением глядя на него.
— Это трактир «Желтый полумесяц», — объяснила она. — Своего рода ресторан. Возьми себе что-нибудь поесть. Блюда неаппетитные, но в основном съедобные.
Я какое-то время изучал взглядом это заведение.
— На самом-то деле, — решил наконец я, — мне думается, я предпочел бы…
Вот где-то тут я и обнаружил, что разговариваю с самим собой. Танда бесследно исчезла.
Второй раз в жизни я оказался один-одинешенек посреди Базара-на-Деве.
Глава 13
Держите соленья, держите салат.
Как ни увлекателен Базар, встретиться с ним один на один может быть далеко не безопасно.
Будучи особенно подвержен всякого рода страхам, я решил последовать совету Танды и вошел в трактир.
Сначала, однако, из предосторожности я привязал Глипа к столбу у трактира и достал из поклажи меч. У нас был один приличный меч. К несчастью, его теперь носил Ааз. Мне оставался старый меч Гаркина — оружие, при виде которого презрительно усмехнулся бы и демон, и охотник на демонов. И все же его вес успокаивающе оттягивал мне ремень, хотя мог бы успокаивать и эффективнее, если бы я хоть что-то знал о том, как с ним обращаться. Но мои текущие уроки у Ааза пока не включали обучение фехтованию. Я мог лишь надеяться, что для случайного наблюдателя не будет очевидным, что я впервые ношу меч.
Остановившись в дверях, я обозрел внутренность трактира. Несмотря на свое незнакомство с роскошными предприятиями общественного питания, я молниеносно сообразил, что это заведение к ним не относится.
Один из немногих советов, данных мне отцом-фермером до того, как я сбежал из дома, рекомендовал не доверять никакому трактиру или ресторану, выглядящему чрезмерно чистым. Он утверждал, что чем чище заведение, тем сомнительней качество и происхождение подаваемых там блюд. Если он был хоть отдаленно прав, то этот трактир, должно быть, находился на самом дне. Он был не просто чистым, он весь сверкал.
Я говорю отнюдь не фигурально. Резкий верхний свет отражался от расставленных как попало столиков и неудобных на вид стульев, сделанных из сияющего металла и не опознанного мной твердого белого материала. За стойкой в противоположном конце трактира стояла большая каменная горгулья — единственное украшение в этом заведении. За горгульей виднелась дверь, ведшая, надо полагать, на кухню. В двери имелось небольшое окошко, через которое я мельком углядел приготовляемую еду. Приготовление состояло из поджаривания кусков мяса над плитой, скатывания их в трубочку, обмазывания какой-то разноцветной дрянью и заключительного заворачивания в бумагу.
Наблюдение за этим процессом подтвердило мои прежние страхи. Для себя и Ааза я все готовил сам, как раньше готовил для себя и Гаркина. Хотя я нисколько не заблуждался насчет качества приготовляемой мной еды, я таки знал, что все эти манипуляции с мясом могли лишь придать блюду плотность и привкус подгорелой кожаной перчатки.
Несмотря на очевидное низкое качество пищи, трактир казался почти заполненным посетителями. Это я заметил уголком глаза. Заметил я также и то, что немалое их число пялится на меня. Мне пришло в голову, что пялятся они, вероятно, потому, что я уже какое-то время стою в дверях, набираясь смелости войти и все никак не решаясь.