— Теперь я понимаю, — сказал я, искренне радуясь и весь наполняясь энтузиазмом.
— Хорошо. Наконец-то до тебя дошло, почему мы должны его остановить.
Я перестал испытывать радость и энтузиазм.
— Мы? Ты имеешь в виду нас? Тебя и меня?
— Знаю, малыш, это не бог весть какие силы, но, как я уже сказал, это все, что у нас есть.
— Думаю, мне бы тоже не помешало выпить немного этого вина.
— Нет, малыш. Ты теперь тренируешься. Тебе надо будет все время практиковаться, если мы хотим остановить Иштвана. Чокнутый он или нет, но по части магии он не дурак.
— Ааз, — медленно произнес я, не поднимая глаз, — скажи мне правду. Ты думаешь, есть шанс, что ты сможешь достаточно научить меня магии, чтобы у нас появилась надежда остановить его?
— Конечно, малыш. Я бы даже пытаться не стал, не будь у нас шанса. Доверься мне.
У меня уверенности не возникло, и, судя по голосу Ааза, у него ее не было тоже.
Глава 4
Тщательное планирование — ключ к безопасному и быстрому путешествию.
— Хм-м… Ну, этот костюмчик сшит явно не на заказ, но должно сойти.
Мы пытались во что-нибудь облачить Ааза; результат он наблюдал с помощью найденного нами маленького темного зеркальца, поворачивая его то так, то эдак, чтобы поймать по частям свое отражение.
— Может быть, если бы мы смогли найти какой-нибудь другой цвет вместо этого ужасного коричневого…
— Это все, что у нас есть.
— Ты уверен?
— Абсолютно. У меня две рубашки, и обе коричневые. Одну носишь ты, другую — я.
— Хм-м-м… — произнес он, внимательно изучая меня. — Может быть, я выглядел бы получше в светло-коричневом. А, ладно, поспорим об этом позже.
Его внимание к своей внешности вызвало у меня любопытство. Не мог же он планировать встретиться с кем-нибудь. При виде зеленого чешуйчатого демона большинство местных жителей всполошатся, что бы он там ни надел. Однако я полагал, что в настоящее время будет умнее всего промолчать и подыграть ему в его стараниях.
На самом-то деле одежда подошла ему неплохо. Из-за его длинных рук рукава рубашки оказались коротковаты, но не слишком, так как я превосходил его ростом, и это сглаживало разницу. Ноги у него были короче моих, и штанины пришлось немного подрезать, но штаны, как и рубашка, сидели на нем довольно свободно. Одежду я сшил сам, и она смотрелась несколько мешковато, по крайней мере на мне. Портняжное искусство — не мой конек.
Он обулся в сапоги Гаркина, которые подошли на удивление хорошо. Я было попытался робко возразить, но он напомнил, что Гаркину они больше не нужны, а нам пригодятся. Назвал он это прагматизмом — ситуационной этикой. Он сказал, что она окажется весьма полезной, если я всерьез собираюсь стать магом.
— Эй, малыш! — прервал мои размышления голос Ааза. Он тем временем обшаривал имевшиеся в хижине сундуки и шкафы. — Неужели у вас здесь нет ничего по части оружия?
— Оружия?
— Да, знаешь, вещички вроде той, что убила старину Гаркина. Мечи, ножи, луки и тому подобное.
— Я знаю, что это такое. Просто не ожидал, что ты ими заинтересуешься, вот и все.
— Почему же нет?
— Ну… ты ведь, кажется, сказал, что ты маг.
— Не будем опять об этом, а, малыш? Кроме того, какое это имеет отношение к оружию?
— Просто я никогда не знал ни одного мага, применяющего иное оружие, кроме своих способностей.
— В самом деле? И сколько же магов ты знал?
— Одного, — признался я.
— Восхитительно. Слушай, малыш, если старина Гаркин не хотел пользоваться оружием, это его проблема. Я лично хочу. Гаркин, насколько ты мог заметить, убит.
Спорить с подобной логикой было трудно.
— Кроме того, — продолжал он, — неужели ты действительно хочешь идти на Иштвана и его стаю, не имея ничего на нашей стороне, кроме твоей магии и моей ловкости?
— Давай поищем вместе.
Мы шарили в поисках оружия, но, кроме убившего Гаркина арбалета, мало что нашли. Один из сундуков выдал меч с рукоятью, инкрустированной самоцветами, и еще мы обнаружили на рабочем столе Гаркина два ножа, один с белой рукоятью, другой — с черной. Помимо этого, в хижине не оказалось ничего даже отдаленно напоминающего боевую утварь. Ааз не испытывал особой радости.