— Вы все прекрасно знаете правила, — сообщил команде один из ситкомедиантов. — Когда счет закончен, вы должны показать свою руку. Мы играем… до первого смертельного исхода.
Скажу честно, у меня перехватило дыхание.
— Видишь, Ааз, это тебе не хухры-мухры.
— Понятно, — сказал я упавшим голосом.
— Готовы? Начали!
Лучи прожекторов скользнули по арене. Грянул невидимый оркестр.
— Раз, два, три!.. — хором рявкнули «Ученики чародея».
Лучи софитов ярко высветили их руки. Двое игроков держали бумагу. Трое вооружились камнями. Один пощелкивал ножницами… На ладонях моих подопечных появились изображения свитков, сияющих драгоценных камней и пары сверкающих ножниц. Ножницы тут же набросились на свиток. Оставшийся пергамент накрыл один из камней. Два других камешка принялись угрожающе надвигаться на ножницы.
— Толк, давай! Фризия, вперед! Трутень, вперед!..
Барабаны грохнули с новой, оглушительной силой.
— Три за один раз! — возликовал Живоглот. — Превосходно!
Я же застонал от досады, когда трое участников, сгорбившись, понуро скользнули в темноту. Снова грянула музыка, еще громче прежнего. Живоглот оказался прав: зрелище воистину завораживало.
Оставшаяся троица — Полони, Джинетта и Мелвин — обменялась подозрительным взглядами. Купидон попытался обмануть извергинь.
— Раз, два… я не готов, — сказал он, отводя руку назад.
— Прекрати! — гаркнула на него Полони.
— Давайте на счет «три»! — решительно проговорила Джинетта. — Только спокойно. Готовы?
— Готов! — недовольно ответил Мелвин.
— Раз, два, три!..
— Бумага! — выкрикнул Шляйн. — Одинаковый выбор!
В следующее мгновение возникли три бумажных свитка.
— Раз, два, три!
— Ножницы!..
Щелкнули три пары ножниц.
— Бумага!
Три свитка.
— Удивительно! — заметила Банни. — Шансы на то, что все выберут один и тот же предмет трижды, равны…
— Соотношение — девятьсот семьдесят два к одному, — радостно потирая руки, произнес Живоглот. — Ну, теперь держись, я сейчас кое-что сделаю!
С этими словами он наклонился над одним из хрустальных шаров на столе и о чем-то заговорил с деволом, который неожиданно возник внутри магической сферы. Я не стал сосредотачиваться на их беседе, увлеченно следя за действиями моих учеников.
— Камень!
Три драгоценных камня бешено закружились, отбрасывая яркие блики на лица конкурсантов.
— Бумага!
— Бумага!
— Ножницы!..
— Невероятно! — удивилась Тананда. — Интересно, как долго это будет продолжаться?
— Хочу заверить вас, дамы и господа, — прозвучал бархатный голос Шляйна, — что игроки не сговариваются. То, что происходит сейчас на ваших глазах, удивительное событие, первое за всю историю нашей игры «Была не была!»!
— Бумага!
— Камень!..
Как известно, чудеса и феноменальные явления рано или поздно кончаются. Полони вскинула вверх два растопыренных пальца.
— Ножницы! — выкрикнула она.
— Камень! — хором завопили Мелвин и Джинетта.
Зрительный зал охнул.
Грянул оркестр. Полони посмотрела на собственную руку как на презренного предателя. Луч прожектора тотчас скользнул в сторону, оставив ее в темноте.
Мелвин повернулся лицом к Джинетте:
— Теперь остались только мы с тобой, куколка!
— Начали! — произнесла та. — Раз, два, три!
— Камень!
Они снова назвали один и тот же предмет. Публика разразилась восторженными криками.
— Бумага!
— Ножницы!
— Ножницы!..
— Камень! — взвизгнул Мелвин, вскинув вверх кулак.
— Нож… — Не успев договорить слово до конца, Джинетта поняла, что допустила ошибку. — Ножницы!
Оркестр грянул с удвоенной силой. Шляйн подлетел к купидону и обнял его за плечи.
— Поздравляю, Мелвин! Ты победил!
— Я?! — удивленно пискнул тот.
— Успокойся, парень! — прошипел ему на ухо Шляйн. Мелвин смотрел на него с видом крайнего удивления. Ведущий просиял ослепительной улыбкой.
— Ближе к зрителям, купидоша! Отныне начинается твоя новая жизнь! Расскажи нам о чувствах, которые ты сейчас испытываешь!
Впервые за все время моего знакомства с Мелвином тот не нашелся, что ответить.
— Видите ли, сэр… я обещаю приложить все силы… особенно если рядом со мной по-прежнему будут мои друзья, — наконец промямлил он.
И он посмотрел на остальных членов команды, которых снова осветили лучи прожекторов. Полони и Фризия собрались было надуться, однако когда оказались в центре внимания, все-таки выдавили из себя улыбки.