Осторожно убираясь подальше от этой сцены, я с ужасом осознал, что аналогичные вещи происходят по всему парку. Куда бы я ни взглянул, везде пылали костры из хреновин и радостно веселились толпы.
— По-моему, мы прибыли в неудачное время, — заметил я.
— Что заставляет тебя это утверждать? — спросила Тананда.
— Мелочи, — объяснил я. — Например, то, что они вовсю поджигают город.
— Не думаю, — пожала плечами моя спутница. — Когда поджигают город, начинают обычно не с парков.
— Ладно, тогда скажи мне сама, что это они делают.
— Насколько я могу судить, они празднуют.
— Что празднуют?
— Какую-то победу. Судя по тому, что я могу разобрать, все кричат — мы выиграли, мы выиграли!
Я снова оглядел костры.
— Интересно, что бы они сделали, если бы проиграли?
Вот тут-то к нам и подошел занудного вида субъект. Его несуетливые, деловитые манеры выглядели островом нормальности в море безумия. Мне это не понравилось. Уверяю вас, я ничего не имею против нормальности. Просто вплоть до этой минуты на нас в общем-то не обращали внимания. И я опасался, что сейчас ситуация изменится.
— Вот ваша плата, — грубо бросил он, вручая нам по кошелю. — Костюмы сдадите в Хранилище Приза.
И с этими словами он пропал, оставив нас с разинутыми ртами и кошелями в руках.
— Что бы все это значило? — выговорил я.
— Понятия не имею, — призналась Тананда. — Я перестала улавливать, что к чему, с той минуты, как они назвали ту хреновину ковчегом.
— Значит, я прав! Это была хреновина! — радостно воскликнул я. — Я знал, что они, должно быть, ошиблись. Ковчег — он закрытый со всех сторон и не тонет в воде.
— А я думала, ковчег — это такой десерт из мороженого и имбирного пива, — нахмурилась Тананда.
— Из чего? — моргнул я.
— Отличные костюмы — действительно отличные! — крикнул нам кто-то, когда мимо нас протопала очередная орава.
— Нам самое время кое-что предпринять в смысле личин, — пробормотала Тананда, помахав рукой пьяному.
— Верно, — кивнул я, радуясь, что мы хоть в чем-то согласны.
После моего недавнего опыта с личинами в других измерениях, по идее, не должно было возникнуть никаких сложностей. Валлеты — гуманоиды, и у меня имелось множество образцов для работы. Но, к сожалению, определенные затруднения возникли.
Во-первых, самолюбие. Несмотря на кишащие вокруг нас массы народа, я не мог подобрать двух индивидов, чью внешность мне хотелось бы скопировать. Я никогда не считал себя особенно тщеславным; я никогда не считал себя образцом в смысле физического развития — но это, конечно, до посещения Валлета.
Все попадавшиеся мне на глаза существа впадали в какую-то крайность со своим весом — либо чересчур большой, либо чересчур малый. Если какой-то конкретный индивид не выглядел худым как скелет — до такой степени, что казалось, ткни его пальцем и он рассыплется, то он с трудом тащился под грузом жира, выпиравшего и выступавшего на талии, подбородке и четырехъярусных щеках. Как я ни старался, я не мог заставить себя придать Тананде или себе вид этих мерзких образчиков.
Вторым затруднением было то, что я не мог сосредоточиться. Чары личины, как и любая другая магия, требуют определенной сосредоточенности. В прошлом мне удавалось наводить чары в разгар боя или в состоянии замешательства. Но в нашем теперешнем положении я, кажется, не мог сфокусироваться.
Видите ли, там звучала эта песня — я так думаю, что это была песня. Во всяком случае, толпа вела себя так, словно распевала рифмованный куплет — невероятно навязчивый. Даже за то недолгое время, какое мы пробыли там, я почти заучил его — и это скорее дань заразительному характеру песни, чем какое-то свидетельство моей способности запоминать стихи. Суть в том, что всякий раз, когда я пытался сосредоточиться на личинах, я обнаруживал, что вместо этого распеваю куплет. Восхитительно!
— Можешь начинать в любую минуту, красавчик.
— Что начинать, Тананда?
— Личины, — напомнила она, нервно оглядываясь по сторонам. — Чары действуют лучше, когда не напеваешь.
— Я… э… м-гм… я, кажется, не могу найти два хороших образца, — неуклюже подыскал я оправдание.
— Тебе вдруг стало сложно сосчитать до двух? — нахмурилась она. — По-моему, у тебя полный парк образцов.