Я терпеть не могу, когда Ааз говорит здравые вещи.
Так или иначе, если не считать нескольких таких мелких стычек и споров, наше отбытие с Пента и последующее прибытие на Валлет прошло гладко и без происшествий. Задним числом я понимаю, что это было последней удачей на долгое время вперед.
— Ну, малыш, — воскликнул Ааз, нетерпеливо оглядываясь по сторонам. — Куда нам идти?
— Не знаю, — сознался я, обшаривая взглядом горизонт.
Ааз нахмурился.
— Давай я растолкую тебе помедленнее, — вздохнул он. — Ты бывал здесь раньше, а я нет. И даже твой не слишком развитый мозг должен уразуметь, что по логике вещей тебе и быть проводником. Усек?
— Но я не бывал здесь раньше, — возразил я. — Вернее, бывал не здесь! Когда мы с Тандой прибыли, то попали в парк Та-Хо!
В тот момент мы с Аазом стояли рядом с грунтовой дорогой, окруженной слегка всхолмленными лугами со стоящими то тут, то там очень странными деревьями. В поле нашего зрения не попало ни одно жилище, не видно было даже сарая, не говоря уже о шумных кварталах знакомого мне большого города.
— Не говори ничего, дай сам угадаю, — прошептал Ааз, закрыв глаза, словно от боли. — При поездке в первый раз вашей доставкой сюда занималась Тананда. Верно?
— Совершенно верно, — кивнул я. — Это ты заставил меня установить И-Скакун для возвращения на Пент, и…
— Знаю-знаю, — нетерпеливо отмахнулся мой наставник. — Хотя должен сказать, ты выбираешь чертовски неудачное время быть послушным. Ладно. Значит, И-Скакун установлен на иную зону выброса, чем используемая Тандой. Нам придется откопать где-нибудь проводника-туземца и сориентироваться.
— Восхитительно! — скривился я. — И где же нам найти проводника-туземца?
— Как насчет конкретно вон того? — ухмыльнулся, показывая, Ааз.
Я проследовал взглядом в направлении его вытянутого когтя. И верно: не далее чем на расстоянии броска камнем, в тени дерева средних размеров располагался небольшой пруд. У воды, прислонившись спиной к дереву, сидел молодой туземец. Меня озадачило только то, что он держал за конец короткую палку, а с другого ее конца в пруд тянулась струна.
— Что он делает? — с подозрением спросил я.
— С этого расстояния я бы сказал, что он ловит рыбу, — решил Ааз.
— Ловит рыбу? Таким образом? — нахмурился я. — Почему он просто не…
— Позже объясню, — перебил меня наставник. — Не забывай, в данный момент мы пытаемся узнать путь в Та-Хо.
— Совершенно верно, — кивнул я. — Идем.
Я двинулся было вперед, но лишь до того момента, пока меня не остановила опустившаяся мне на плечо тяжелая рука Ааза.
— Малыш, — вздохнул он. — А тебе не кажется, что ты кое-что забыл?
— Что же? — спросил я.
— Наши личины, балда! — зарычал он. — Твой ленивый старый учитель хотел бы иметь возможность задать нужные вопросы, не гоняясь за этим туземцем по всему ландшафту в поисках ответов.
— О! Ты прав, Ааз.
Смущенный таким недосмотром, я поспешно проделал свой фокус с личинами, и затем мы приблизились к дремлющему туземцу.
— Извините, сударь, — начал я, прочистив горло. — Не могли бы вы показать нам дорогу в Та-Хо?
— Что вы здесь делаете? — не открывая глаз, ответил вопросом на вопрос юноша. — Разве вы не знаете, что до окончания войны земля между Вейгасом и Та-Хо — ничейная территория?
— Что он сказал? — нахмурился Ааз.
— Что такое? — спросил юноша, резко открывая глаза.
Для разнообразия мой ум сразу уразумел положение. Я все еще носил кулон-переводчик, надетый во время поездки с Танандой, но Ааз-то такого не взял. Это означало, что в то время, как я мог понять и быть понятым и Аазом, и туземцем, ни тот, ни другой не могли дешифровать речи друг друга. Нашим личинам грозило разоблачение со стороны первого же туземца, встреченного нами в ходе спасательной экспедиции. Восхитительно!
— М-гм-м. Извините, я сию минуту, сударь, — запинаясь, сказал я юноше.
Соображая по-быстрому, я снял с шеи кулон и надел его на руку. Ааз сразу понял и просунул руку через цепочку, сжав мне предплечье в железном захвате. Таким образом, мы оба могли пользоваться силой кулона.
К несчастью, туземец заметил эту немую сценку. Глаза его, открывшиеся при звуке голоса Ааза, теперь расширились так, словно готовы были вылезти из орбит, когда он переводил взгляд с одного из нас на другого.