Я некоторое время думал над услышанным, продолжая на всякий случай понимающе кивать, но потом сдался.
— Что-то не улавливаю, — признался я. — Ставя одинаковую сумму на, то есть против, ну да, против обеих сторон, мы всего-навсего остаемся при своих.
Ааз раздраженно закатил глаза.
— Подумай над этим как следует, малыш, — настойчиво попросил он. — При ставках три к одному мы можем только выиграть. Скажем, мы ставим тысячу против каждой команды. Если выигрывает Та-Хо, то мы платим тысячу в Та-Хо и получаем три тысячи в Вейгасе — с чистой прибылью в две тысячи. Если выигрывает Вейгас, то проделываем тот же номер наоборот и все равно получаем лишние две тысячи.
— Неплохой план, — рассудительно заметил я. — Но я вижу в нем три недостатка. Во-первых, у нас нет при себе тысячи для ставки…
— Мы можем прыгнуть обратно на Пент и достать ее, — парировал Ааз.
— Во-вторых, у нас нет времени…
— Мы быстро, — возразил мой наставник.
— И в-третьих, если наша миссия окажется успешной, то никакой войны не будет.
Рот Ааза открылся для ответа, да таким и остался — открытым и чудесно безмолвным, пока он обдумывал мой довод.
— Достал я тебя тут, а, Ааз? — усмехнулся я.
— Интересно, а каковы шансы, что войны не будет, — задумчиво пробормотал он, бросив мечтательный взгляд на толпу букмекеров.
— Брось, Ааз, — вздохнул я, храбро потянув его за рукав. — Нам надо произвести разведку перед операцией.
— Сперва, — твердо поправил он, — мы должны проверить эту самую Машу.
Я очень надеялся, что он об этом забудет, но что делать — вся наша авантюра отнюдь не была отмечена феноменальным везением.
Мы пробрались через Вейгас, время от времени останавливая прохожих, чтобы спросить дорогу, и наконец прибыли к жилищу городского мага. Строение это было отнюдь не внушительным; располагалось оно почти на краю города и, как оказалось, источало интригующую смесь пряных запахов.
— Не очень-то шикарная хаза для могущественного мага, а, Ааз? — заметил я, пытаясь подкрепить свою падающую уверенность.
— Помнишь, где ты жил, когда мы впервые встретились? — огрызнулся мой наставник, не сводя глаз со здания.
Я помнил. По сравнению с однокомнатной, обшитой досками хибаркой, где я первоначально учился магии у Гаркина, этот дом выглядел настоящим дворцом.
— Чего, однако, я не могу уразуметь, так это зачем Маша поселилась здесь, — продолжал Ааз, говоря не столько со мной, сколько с самим собой. — Если сказанное Гриффином правда, то она могла выбрать для работы любое место в городе. Вот что я тебе скажу, малыш. Проверь-ка тут все на силовые линии, хорошо?
Я послушно закрыл глаза и мысленно потянулся, ища невидимые потоки магической энергии, которую представители моей профессии откачивают для своих нужд. Мне не пришлось сильно вглядываться.
— Ааз! — ахнул я. — Здесь пересекаются четыре… нет, пять силовых линий. Три в воздухе и две на земле.
— Так я и думал, — мрачно кивнул мой наставник. — Это местоположение выбрано не случайно. Энергии у нее в избытке, если она знает, как ее использовать.
— Но что мы можем сделать, если она такая могущественная? — простонал я.
— Спокойно, малыш, — улыбнулся Ааз. — Вспомни, энергией может воспользоваться любой. Ты можешь накачаться с такой же легкостью, как и она.
— И верно. — Я слегка расслабился, но не слишком сильно. — Ладно, так каков наш план?
— Да в общем-то не знаю, — признался он, направляясь к двери. — Нам придется просто импровизировать.
Эта фраза почему-то пробудила у меня в памяти нечто знакомое.
— Скажи… м-гм… Ааз, — запнулся я. — Памятуя о том, как прошло дело в Та-Хо, на этот раз давай импровизируй ты. Идет?
— Ты прямо-таки предвосхитил мои слова, — усмехнулся Ааз. — Главное, не забудь проверить ее ауру, как только мы войдем. Будет полезно знать, местная ли она, или мы имеем дело с импортными кадрами.
С этими словами он поднял кулак и принялся стучать в дверь. Я говорю «принялся», так как между вторым и третьим стуком дверь распахнулась с тревожной скоростью.
— Чего вам… ну, при-ве-тик, мальчики.
— Вы… м-гм… Маша, маг? — запинаясь, произнес Ааз, одновременно отступая на шаг.
— Вы можете представить себе кого-то другого, соответствующего этому описанию? — донесся в ответ гортанный смешок.
Она была права. Я не видел никого на Валлете — и даже в других измерениях, — кто хотя бы отдаленно напоминал обрисовавшуюся в дверном проеме фигуру. Маша была громадной — по крайней мере в ширину, если и не в высоту. Она с избытком заполняла дверной проем — а дверь-то эта была не такой уж узкой. Конечно, один размер сам по себе еще не зрелище. Если бы не ее наряд, Машу можно было бы посчитать просто крупной теткой и не задерживаться на ней взглядом.